Ключові моменти:
- После аварии российских танкеров «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239» в Черное и Азовское моря могло попасть до 4 500 тонн мазута;
- Спутниковые данные фиксировали движение мазутных шлейфов в сторону Одесской области более чем на 600 километров, а сгустки регулярно находят на побережье и в Тузловских лиманах;
- Государственный мониторинг ограничен тремя пляжами и не охватывает донные отложения, где накапливаются тяжелые фракции мазута;
- Часть отобранных образцов не была исследована лабораторно, что создает риск утраты доказательной базы для международных судебных процессов;
- Экологи предупреждают: без системной фиксации ущерба Украина может потерять возможность доказать масштаб экологического преступления РФ.
В южном Причерноморье есть запах, который невозможно спутать ни с чем другим. Это запах тяжелого мазута — густого, липкого и жирного, который прилипает к пальцам, к подошве, к траве, к каждому обломку раковины. Он не похож на природные смолы или темные водоросли после шторма. Это запах техногенной катастрофы, которую Черное море пытается выдержать уже почти год.
Но возник парадокс: на побережье постоянно находят остатки мазута, а в официальных документах ответственных органов — все «в пределах нормы». Как так получается, разбиралось «Одесская жизнь».
Как российские танкеры загрязнили два моря
В декабре 2024 года в Керченском проливе во время шторма произошло повреждение российских танкеров «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239». Большое количество мазута — тяжелой фракции нефтепродуктов — попало в Черное и Азовское моря. Из-за масштабного разлива так называемый «глава» временно оккупированного Крыма Сергей Аксенов подписал «указ» о введении режима чрезвычайной техногенной ситуации регионального характера. Об угрозе загрязнения экосистемы также предупреждало Министерство защиты окружающей среды и природных ресурсов Украины.
В январе 2025 года The Washington Post опубликовала статью, в которой эксперты назвали инцидент экологической катастрофой и масштабным ущербом окружающей среде. Разрушение двух нефтяных танкеров в Керченском проливе могло привести к разливу от 2 500 до 4 500 тонн топливного мазута, по данным Greenpeace Ukraine. Это вызвало загрязнение десятков километров побережья оккупированного Крыма, Краснодарского края, а также Одесской области и массовую гибель рыб, дельфинов, моллюсков и птиц. По оценке Минприроды, площадь загрязнения водной поверхности в сумме достигала 1000 квадратных километров. Даже российские экологи признавали — событие стало беспрецедентным и одним из самых серьезных экологических бедствий в регионе за последние десятилетия.
В то же время в Greenpeace Ukraine заявили, что последствия экологической катастрофы должны были быть немедленно ликвидированы, чего российские оккупационные власти не сделали, а самой катастрофы можно было бы избежать, если бы не использовались устаревшие речные танкеры, принадлежащие России и входящие в ее «теневой флот».
Как отмечал российский эколог Сергей Данилов-Данильян, которого цитировала WP, авария произошла с участием танкеров класса «река-море». По его словам, компания не имела права использовать суда, которые должны были быть списаны еще 20 лет назад. Более того, суда класса «река-море» вообще не следует выпускать в зимнюю морскую навигацию.
Международное морское право рассматривает масштабное техногенное загрязнение моря как нарушение, за которое государство может нести международную ответственность. Конвенция ООН по морскому праву (UNCLOS) обязывает государства предотвращать, снижать и контролировать загрязнение морской среды, а Международная конвенция по предотвращению загрязнения с судов (MARPOL) устанавливает конкретные требования по предотвращению разливов нефти с судов и реагированию на них.
В то же время ключевым условием остается наличие полноценной доказательной базы, подтверждающей источник загрязнения, его масштаб и нанесенный ущерб экосистемам. И может показаться, что в случае разлива мазута с российских танкеров доказательств достаточно. Однако действительно ли это так?
Угроза доходит до берегов Одесской области
О том, что для Одесского региона угроз нет, 10 января 2025 года в эфире телемарафона заявила министр Светлана Гринчук. «9 января в 4:00 утра спутник зафиксировал дополнительное пятно протяженностью 450 кв. км, разбитое на несколько пятен. Мы сделали моделирование на основе спутниковых снимков, чтобы посмотреть, как это загрязнение может двигаться примерно на неделю вперед. На сегодня мы видим, что угрозы для Одесского побережья нет».
Однако о том, что мазут начинает двигаться в сторону Одессы, сразу забили тревогу экологи. Мазут ведет себя иначе, чем поверхностные нефтяные пятна. Он тонет, оседает на дне, смешивается с песком и илом, формирует донные отложения и становится невидимым для поверхностного мониторинга. При изменении физико-химических условий воды или во время штормов такие отложения могут разрушаться и снова подниматься, образуя вторичные загрязнения.
По данным ОО «Национальный экологический центр Украины» (НЭЦУ), спутники Sentinel-1 и Sentinel-2 фиксировали непрерывные шлейфы мазутного загрязнения с декабря 2024 до осени 2025 года. Темные «коридоры» загрязнения двигались на север, к украинскому побережью, преодолев более 600 километров.
Мазут-путешественник «всплывает» в Тузловских лиманах
На пересыпи между лиманами Шаганы и Алибей, в зоне Национального природного парка «Тузловские лиманы», сгустки мазута впервые массово начали появляться в конце января 2025 года. Об этом на своей странице в Facebook сообщил Иван Русев, эколог и руководитель научного отдела парка. После штормов мазут вынесло на песчаную пересыпь возле рекреационной зоны «Катранка», поблизости от Дунайского биосферного заповедника.
Тузловские лиманы часто воспринимаются как отдельные водоемы, однако на самом деле это прибрежная система, фактически часть единой морской среды. От Черного моря лиманы отделяет лишь узкая песчаная пересыпь — местами шириной в несколько десятков метров. Как объясняет Иван Русев, во время штормов этот барьер размывается, морская вода проникает в лиманы, и если будут штормы с севера или запада в сторону моря, эта вода вернется обратно вместе с загрязнением.
Именно поэтому обнаружение мазута в Тузловских лиманах является не локальной, а прибрежно-морской проблемой и свидетельствует о том, что загрязнение уже достигло побережья Одесской области.
Через несколько дней после первых находок сотрудники парка провели очередное обследование песчаной пересыпи возле западной части лиманов Джантшейский и Сасык. Там снова обнаружили выбросы мазута: фракции размером от 0,5 до 5 см лежали на расстоянии 30–50 метров от уреза морской воды.
24 июня 2025 года ученые парка осмотрели пересыпь и зафиксировали сгустки мазута на участке длиной около шести километров. Находки сфотографировали, сняли на видео и привязали к геолокациям в GIS-системе. Речь уже шла о системных повторных выбросах. Более того, как выяснило «Одесская жизнь», лиманы были не единственной точкой, где обнаружили мазут после аварии — таких локаций было как минимум девять.
Если бы впоследствии государственным органам удалось доказать, что это мазут с российских танкеров, у Украины появились бы доказательства очередного преступления РФ против нашей экологии. Однако, как показало наше расследование, сделанного может быть недостаточно.
Попытка зафиксировать последствия ничего не дала
О том, как не удается зафиксировать доказательства, свидетельствует следующий случай. 10 января 2025 года на странице Нацпарка «Тузловские лиманы» появилась информация о птице, загрязненной мазутом. Ее направили на исследование в Одессу — в Государственное учреждение «Украинский научный центр экологии моря» (далее по тексту УкрНЦЕМ — прим. ред.), чтобы установить связь с загрязнением Черного моря после аварии российских танкеров.
Однако, по словам Ивана Русева, и. о. директора Центра Виктор Коморин отказался принять образец на исследование, «опасаясь птичьего гриппа». Труп птицы перенаправили в ветеринарную клинику в Белгороде-Днестровском, которая, в свою очередь, его утилизировала.
История повторилась и с выбросами тяжелых фракций мазута в районе пересыпи. Сотрудники парка относили образцы мазута в УкрНЦЕМ, но там их снова не приняли.
В результате материалы не были исследованы, и их содержимое осталось неопределенным. У специалистов парка это вызывает обеспокоенность, ведь без официальных лабораторных анализов сложно установить происхождение вещества или его потенциальное влияние на экосистему.
Позиция УкрНЦЕМ: «Внеплановые проверки — это не наша ответственность»
В ответе на наш информационный запрос УкрНЦЕМ подчеркнул, что является научно-исследовательским бюджетным учреждением и осуществляет мониторинг только в рамках утвержденных программ. Центр отметил, что не является органом государственного надзора, не осуществляет административного реагирования и не имеет безусловной обязанности принимать и исследовать образцы, отобранные вне официальных планов.
Бюджетное учреждение УкрНЦЕМ сообщило, что в случае аварийных загрязнений пробы должны отбирать и передавать на анализ «уполномоченные государственные органы», однако кого именно имеют в виду — из ответа непонятно. Передача образцов другими субъектами допускается только при соблюдении установленных процедур, наличии договоров и финансирования, заявили в УкрНЦЕМ.
С такой позицией не согласна директор Нацпарка «Тузловские лиманы» Ирина Выхристюк. «Этот институт так и называется — экологии моря», — подчеркивает она и отмечает, что УкрНЦЕМ имеет сертифицированную лабораторию. Они должны проводить исследования всего, что находится в море и влияет на экосистему. По ее мнению, бездействие института может свидетельствовать о признаках саботажа, что и привело к утрате данных, которые могли бы быть добавлены к будущим искам к России о нанесенном ущербе окружающей среде.
Отметим, что ответ УкрНЦЕМ на информационный запрос «Одесской жизни» противоречит их комментариям другим медиа. В частности, и. о. директора Виктор Коморин в разговоре с NGL.media отмечал, что в связи с аварией российских танкеров Центр еженедельно осуществляет мониторинг уровня загрязнения морской воды возле Одессы. Также он подчеркивал необходимость постоянных проверок, особенно после штормов.
«…Эта вода будет попадать в прибрежные зоны, поэтому следует постоянно проверять уровень загрязнения. Мы это делаем еженедельно возле Одессы», — цитирует Коморина NGL.media.
Госэкоинспекция: ограниченный мониторинг на трех пляжах
Официальный ответ региональной Госэкоинспекции (далее ГЭИ — ред.) на запрос «Одесской жизни» содержит перечень лишь трех точек, где осуществлялся регулярный мониторинг морской воды в Одесской области: это пляжи «Фонтанка», «Ланжерон» и «Золотой берег». Эти три локации были определены для мониторинга по результатам заседания комиссии по вопросам техногенно-экологической безопасности и чрезвычайных ситуаций Одесской облгосадминистрации 27 января 2025 года.
С тех пор и по ноябрь 2025 года там осуществлялось еженедельное обследование на предмет возможного загрязнения мазутом и отбор проб воды. Превышений предельно допустимой концентрации нефтепродуктов в воде в этих трех точках ГЭИ не фиксировала.
В том же ответе редакции инспекция указала, что обнаружила фракции мазута на девяти локациях, однако не уточнила, где именно. Отобранные образцы фракций мазута из песка на этих локациях ГЭИ направила в УкрНЦЕМ для дальнейшего анализа. О результатах инспекция не сообщила.
Руководитель Одесского обособленного подразделения ОО «Национальный экологический центр Украины» Владислав Балинский, который также является научным сотрудником парка «Тузловские лиманы», поясняет, что такие результаты не отражают полной картины, поскольку тяжелые фракции мазута накапливаются преимущественно в донных отложениях. Для их выявления необходимы глубинные пробы и анализ дна, которые ГЭИ не проводит. Кроме того, действующие методики не охватывают анализ тяжелых фракций мазута, а инспекция не имеет полномочий их обновлять.
В результате система мониторинга фиксирует состояние отдельных городских пляжей, но не моря, морского дна и побережья области в целом.
Официальное расследование и возможные проблемы с доказательствами
По процедуре в случае подобной аварии правоохранители должны открыть уголовное производство, и такое производство зарегистрировали еще 20 декабря 2024 года, сообщали NGL.media. Как рассказали изданию в Офисе генпрокурора, дело расследует полиция Запорожской области под процессуальным руководством Мелитопольской окружной прокуратуры. В рамках производства, открытого по статье 243 Уголовного кодекса «Загрязнение моря», убытки для Украины оцениваются в 493,5 млн долл. США.
Как выяснила «Одесская жизнь», капитану «Волгонефть-212» Леониду Волегову уже заочно сообщено о подозрении. Соответствующий документ был опубликован в «Урядовом курьере» 30 мая 2025 года. «Одесская жизнь» направила запрос в прокуратуру и полицию, чтобы узнать о текущем ходе дела, однако на момент публикации ответ еще не поступил.
Однако даже несмотря на то, что официальное расследование начато, экологи обеспокоены недостаточно комплексной фиксацией последствий аварии.
«Если речь идет о загрязнении морской среды нефтепродуктами вследствие аварии российских танкеров «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239» в Керченском проливе, проблема заключается в том, что ни один государственный орган и ни одна научная институция не проводили комплексных исследований», — в разговоре с «Одесской жизнью» комментирует Елена Кравченко, исполнительный директор Международной благотворительной организации «Экология. Право. Человек» (далее ЭПЛ — прим. ред.), которая специализируется на правовой защите окружающей среды, документировании экологических нарушений и сопровождении дел в национальных и международных инстанциях.
Для дальнейших международных процессов по возмещению ущерба, нанесенного окружающей среде, обычно требуются протоколы отбора проб, официальные лабораторные анализы, карты дрейфа загрязнений, акты фиксации погибшей фауны и химические характеристики веществ.
Когда же экологи попытались самостоятельно передать образцы мазута на анализ, они не смогли найти лабораторию, которая согласилась бы их принять.
«В Украине мы не смогли найти лабораторию, которая согласилась бы принять эти образцы под протокол и акт, даже несмотря на то, что их отбирали вместе с сотрудниками Национального природного парка «Тузловские лиманы», с дирекцией и службой охраны, с соблюдением всех процедур и в присутствии свидетелей», — говорит Кравченко.
В случае с мазутом образцы отбирались уже на побережье, где вещество смешано с песком и грунтом. Из-за этого лаборатории не могут определить марку нефтепродукта и доказать его происхождение.
В результате значительная часть данных о мазутном загрязнении не формируется или собирается фрагментарно и охватывает лишь отдельные участки побережья. Так возникает риск утраты полноценной доказательной базы международного экологического преступления.
Ситуацию осложняет то, что ни один орган в Украине не отвечает за системный мониторинг состояния окружающей среды, то есть за сохранение фоновых данных, позволяющих сравнить состояние экосистем до и после загрязнения. По словам Елены Кравченко, это ключевой момент в международных процессах.
Без таких доказательств международные суды часто признают дела ненадлежаще подготовленными. Примером является компенсационная комиссия ООН после войны в Кувейте, где к рассмотрению приняли лишь 6 процентов экологических кейсов.
«Остальные признали ненадлежащими именно из-за отсутствия фоновых проб и невозможности доказать состояние окружающей среды «до» события», — объясняет исполнительный директор ЭПЛ.
Донные отложения как «невидимая зона»
Чтобы минимизировать последствия загрязнения и создать реальный механизм реагирования, необходимо как можно быстрее выполнить несколько ключевых шагов, подчеркивает Владислав Балинский.
Во-первых, спутниковый мониторинг должен быть официально интегрирован в государственную систему реагирования. Использование радарных и оптических данных Sentinel-1/2 должно стать стандартом, а не опцией. Модели прогнозирования должны учитывать, что мазут может оседать на дне, снова всплывать во время штормов и смешиваться с песком и илом, маскируясь под обычный грунт, хотя фактически остается загрязнением. Для этого необходимо обновить методики, применяемые УкрНЦЕМ и другими структурами, с учетом реального поведения тяжелых нефтепродуктов и проверить их с участием независимых экспертов.
Во-вторых, следует разработать и утвердить четкий алгоритм действий для громад и объектов природно-заповедного фонда: кто, когда и как собирает мазут в прибрежной зоне, как он упаковывается, транспортируется и утилизируется, какие ресурсы и финансирование для этого предусмотрены.
В-третьих, необходимо создать постоянно действующую координационную площадку с участием Минприроды, ГЭИ, ГСЧС, научных учреждений и природоохранных общественных организаций с открытыми данными и прозрачным обменом информацией.
Пока же, несмотря на то что определенные действия ответственными службами и прокуратурой предпринимаются, системная и комплексная работа не налажена, а парки и экологи сталкиваются с глухой стеной, пытаясь зафиксировать и исследовать загрязнение через местные лаборатории.
Что Украина будет делать дальше?
Мазут на побережье есть — его фиксируют ученые и сотрудники нацпарков. Но государство не формирует полноценную доказательную базу. Часть образцов не исследуется, донные отложения остаются вне мониторинга, а ответственность рассредоточена между учреждениями.
Каждый потерянный месяц означает потерю доказательств. И если Украина не изменит подход к фиксации экологических преступлений уже сейчас, очевидная для общества катастрофа может так и остаться юридически недоказанной.
Читайте также другие расследования «Одесская жизнь»:
- Как уничтожили «Красные Зори»: место вечного покоя известных одесситов превратили в свалку, чтобы застроить элитным жильем
- Аренда коммунальной земли «по-одесски», или почему земля в центре города подешевела втрое
- Следующий ливень без человеческих жертв: что сделала одесская власть, чтобы трагедия 30 сентября не повторилась
Материал подготовлен при поддержке программы «Сильнее вместе: Медиа и Демократия», которая реализуется Всемирной ассоциацией издателей новостей (WAN-IFRA) в партнерстве с Ассоциацией «Независимые региональные издатели Украины» (АНРИУ) и Норвежской ассоциацией медиабизнеса (MBL) при поддержке Норвегии. Взгляды авторов не обязательно отражают официальную позицию партнеров программы.
