Дюк с коктейлем Молотова: Одесса получает новый язык сопротивления (фото)

Ключевые моменты:

• В Одессе появился новый символ – он открывает серию «Стенописи Сопротивления»;
• «Одесская жизнь» побеседовала с художником и дизайнером Андреем Ермоленко. Он рассказал, зачем приехал в Одессу;
• Дюк с автоматом и девочка за колючей проволокой как символы сопротивления в Одессе;
• В планах художника – изобразить одесского Мамая и украинского партизана;
• Как изменилась Одесса в дни войны;
• В Одессе хотят нарисовать пять муралов.

Символ сопротивления и надежды

Одесса стала свидетелем рождения нового символа – настенного рисунка «Дюк» на стене пляжа в Аркадии. Этот патриотический виток открывает серию «Стенописи Сопротивления» в нашем городе. Серия уже заявила о себе в прифронтовых городах Украины.

Мы побеседовали с Андреем Ермоленко, который воплотил этот проект, и его слова поражают не меньше, чем сами муралы.

– Как вас называть? Художник, дизайнер? Сейчас вы в армии?

– Все так, – скромно ответил он, избегая лишних деталей.

Его голос звучит спокойно, но в нем чувствуется глубина пережитого. Оказывается, этот киевлянин, поселившийся во Львове, приехал в Одессу не просто так.

Читайте также: В центре Одессы появился патриотический кот-сфинкс (фото)

– Вы приехали в Одессу, чтобы…?

– В начале года Движением сопротивления Сил специальных операций ВСУ и Центром национального сопротивления был объявлен конкурс «Стенописи Украины». Туда поступило очень много заявок, люди делились идеями, что они хотят видеть на стенах Украины. Это и чествование памяти тех, кто воюет и погиб, и мечты о будущем, когда война закончится. Идей было столько, что дух захватывает!

Андрей рассказывает о конкурсе с теплотой в голосе, но сразу уточняет:

– Я не победитель. Я волонтер, который воплощает идеи других. У кого-то гениальные мысли, но рисовать они не могут. Я был в жюри, мы просматривали, читали, выбирали…

Но его талант не остается в стороне:

– Я сам рисую, но вне конкурса. Если я в жюри, то могу только воплощать. Например, «Дюка» в Аркадии рисовал я, но идею и эскиз создал художник Сергей Брилев. Он не смог приехать из-за семейных трудностей, так что я уже нарисовал за него два мурала. Идеи хорошие, но если человек не может – я помогаю.

«Я кланяюсь одесскому ТРО и людям юга»

Разговор переходит к новым планам:

– Кроме «Дюка», вчера мы нарисовали девочку за колючей проволокой на пляже «Чайка». Это посвящение детям, которых похитили враги-россияне. Их держат в заложниках, а еще хуже – перевоспитывают. Как для отца двоих детей, это для меня особенно больно. Это также и про тех, кто на оккупированных территориях. Там работает наше Движение сопротивления – они наводчики, поджигают военкоматы, главное – верят, что Украина туда вернется.

Эмоции художника нарастают, когда он говорит о символах:

– Планируем еще одесского Мамая с вышиванкой в цветах Одессы и украинского партизана. Я кланяюсь одесскому ТРО и людям юга – Одесса, Николаев, Херсон. У них дух свободы, они лютые в войне. А «Дюк» – это не тот русский маркер. Это «Дюк» с автоматом и «коктейлем Молотова», который нас защищает. Считаю, что мы должны переосмысливать символы, забирать свое. Я против отказа от Гоголя или Ильфа и Петрова – они украинцы, часть нашей русскоязычной литературы.

Андрей вспоминает фронт:

– Мы рисовали на линии боевого соприкосновения… Солдаты говорили: «Ты что ту делаешь, все же летает!». А я рисовал. Потом они подходили: «Ты нас эмоционально зарядил. Если ты рисуешь, значит все хорошо, мы выстоим». Это очень нужно – поддерживать друг друга.

«Я там, где происходят изменения»

Об Одессе он говорит с восторгом:

– Она изменилась. Раньше люди стеснялись своей украинскости, а теперь – нет. В магазинах слышишь и русскую, и украинскую, но украинской становится все больше. Я был на стендапе одесских женщин, чьи мужья воюют, – успешные, смелые, говорят по-украински. Это рушит мифы. Одесса определила свой путь еще в 2014-м, а 24 февраля 2022-го одесситы устроили известную «Песочницу». Это крутые люди!

Планы мастера впечатляют:

– Хотим нарисовать пять муралов в Одессе, три из них – большие. Приедут и другие художники. А потом, после Одессы, возможно, Николаев, Сумы, Чернигов – там проще, люди сами просят. На фронте вообще нет администрации – приезжаешь, рисуешь, солдаты фотографируются. Это как у предков, которые рисовали мамонтов. Вы спрашиваете, не страшно ли. Страшно, но в этом ценность моего пути – художника-воина. Искусство не может быть вне политики, поэтому я там, где происходят изменения.

Его глаза горят, когда он завершает:

– Художник-воин – это супер!..

Фото настенных рисунков и работы над ними для «Одесской жизни» предоставлены Андреем Ермоленко; фото Андрея Ермоленко – автора