Уехать нельзя оставаться: будут ли депортировать украинских беженцев

Анастасия, Румыния: «Было ощущение, что мы соберем вещи и уедем»

Анастасия приехала в Румынию из Одессы в апреле 2022 года. После долгих переездов в разные города остановиться с друзьями решили в Бухаресте. Получили статус временной защиты. Он дает украинцам право на трудоустройство, медицинское обслуживание, гарантирует возможность устроить детей в садики и школы, открыть банковский счет и купить машину.

Большинство украинцев в Румынии работает.

— Здесь невозможно бездельничать, — отмечает девушка, — ведь никаких стабильных выплат беженцам нет.

Анастасия — дизайнер по профессии — торговала своими изделиями на ярмарках, где организаторы предоставляли украинским мастерам бесплатные места.

— Нам давали деревянный домик, и мы туда стягивали всю свою продукцию: натуральные свечи, украшения, кожаные изделия, футболки расписанные. Торговали бесплатно, наверное, год. Потом это прекратилось. И в принципе — справедливо, — считает мастерица, — ведь румыны за участие в ярмарках платят большие деньги. Потом участвовала в ярмарках уже на коммерческой основе. Делала на заказ кожаные изделия дома, не в лучших условиях, мягко говоря. Можно, конечно, приобрести лицензию, завести собственную мастерскую, но это очень дорого. Бизнес должен быть 100% успешным.

Подрабатывала Анастасия еще и няней. По ее словам, это очень востребованная профессия, многие мамы остались в Румынии одни.

— Что будет дальше — никто не знает. Были опасения, что если президентом страны выберут пророссийского кандидата Джордже Симиона, то он начнет вытеснять эмигрантов. Когда он баллотировался, вообще было ощущение, что мы соберем вещи и уедем, — вспоминает Анастасия, — Не знали, какую страну выбрать. В Болгарии, например, по отзывам, много русских, которые могут разбить стекло, машину. Неприятно жить в такой стране, даже если она дешевле. В других странах — очень дорого. На данный момент Румыния для нас идеальна по ценам, менталитету. Мы уже привыкли к ней. А привыкать к новой стране очень сложно. Надеюсь, новый президент Никушор Дан будет поддерживать интеграцию украинцев.

Временная защита для наших граждан действительна до марта 2026 года. Возможность легально остаться в Румынии — открыть свой бизнес. Через пять лет можно получить гражданство.

Еще один вариант — официальное трудоустройство. И Анастасия искала такую работу. Обычно вариантов немного — склад, магазин или кулинария. Зарплата — 700-800 евро. По меркам Румынии — совсем небольшая. Но если владельцы компании украинцы — и зарплата больше, и условия работы лучше.

Пока определенности в дальнейших планах у Анастасии нет. К тому же и из квартиры приходится съезжать.

— Но мы уже привыкли переезжать, — говорит девушка, — Хорошо, не из страны выгоняют.

Юлия, Польша: «Бояться раньше времени не стоит»

Когда в Одессе прогремел первый взрыв, Юлия вместе с мамой и десятилетним сыном быстро собрались и выехали за пределы города.

— Воздушные тревоги, взрывы, неизвестность, — вспоминает она, — 10 дней мы жили с надеждой, что этот кошмар закончится. А потом решили, что я с ребенком должна выехать в Польшу. За три часа до отправления поезда «Одесса-Львов» я нашла попутчиков. Нас было трое молодых женщин и трое детей. Во Львове нас встретили волонтеры. С их помощью мы добрались до границы с Польшей. На территории чужой страны всех прибывших тоже встречали волонтеры — поляки.

Юлия с сыном отправились к знакомой, которая жила и работала в Польше уже несколько лет. Она помогла найти жилье по программе для беженцев и оформить статус «UKR» — специальный статус временной защиты для украинцев. На его основании можно легально находиться в стране, работать и учиться.

Первые полтора месяца они жили в пригороде: знакомились с польским языком и культурой. Работать здесь было негде. Поэтому решили переехать в ближайший город — Явор. Довольно быстро Юлия устроилась в ресторан помощником повара. Там, по сути, и начала учить польский язык. Сына оформила в польскую школу. К сожалению, от обучения в украинской пришлось отказаться. В обеих школах занятия проходили в первой половине дня. Да и перегружать ребенка не хотелось.

— Следующим моим шагом стал поиск работы по специальности, — рассказывает Юлия, — В Украине я была мастером маникюра и очень хотела вернуться к любимой работе. Вскоре в ближайшем салоне появилась вакансия, и меня приняли в команду. Здесь я работаю уже третий год и не хотела бы ничего менять.

Женщина считает, что в Польше ей очень повезло и с людьми, и с работой. Вместо статуса «UKR» она уже оформила временный вид на жительство — так называемую «карту побыту». О депортации не думает и считает, что бояться раньше времени не стоит.

— О переезде в другую страну я не думала никогда, — говорит Юлия, — В Польше мы с сыном уже построили свою новую жизнь с нуля. И мама теперь тоже с нами.

Ирина, США: «Никто нам грин-карты не гарантировал»

В то, что может начаться война, Ирина не верила до последнего дня. И даже после бомбардировки Одессы надеялась, что через неделю все закончится. А в апреле узнала о появлении американской программы U4U. Она позволяла гражданам Украины въезжать в США при наличии спонсора, готового оказать им в Соединенных Штатах финансовую поддержку.

— У меня в Америке живут родители и сестра. Они позвали нас с дочкой к себе, оформили документы. И мы прилетели в Атланту, — рассказывает Ирина, — Родные одолжили денег для аренды жилья, и мы сняли полуподвальное помещение.

На 10 месяцев Ирина с дочкой получили бесплатную страховку Medicaid. Полгода им выплачивали государственную денежную помощь.

— Но чтобы жить в Америке, надо много работать, — отмечает женщина, — Я по профессии массажист, арендовала небольшой массажный кабинет. Потихоньку «обросла» клиентами. И, кроме того, устроилась ухаживать за стариками.

Вроде бы жизнь налаживалась. Но в январе новоизбранный президент Дональд Трамп приостановил прием заявлений в рамках программы U4U. И этим лишил украинских беженцев в США возможности продлить двухлетнюю защиту и разрешения на работу.

— Наш TPS (временный защищенный статус, позволяющий иностранным гражданам легально проживать и работать в США) вскоре заканчивается. А ре-пароль (гуманитарный пароль, дающий возможность продления пребывания в стране) до сих пор находится на рассмотрении в Службе гражданства и иммиграции, — рассказывает Ирина.

И сегодня она не представляет, каким образом они с дочкой смогут остаться в США, что будут делать дальше. Жить нелегально женщина не хочет.

Тревожную неопределенность обострило и недавнее известие о получении некоторыми украинскими беженцами электронных писем от министерства внутренней безопасности США. Там говорилось о том, что их временный статус аннулирован. И в течение семи дней они должны покинуть страну. Иначе — их «найдет федеральное правительство». Правда, потом власти заявили, что сообщения были ложными. Однако письма эти вызвали массовую панику.

Окончательного решения о временной защите для граждан Украины правительство США не приняло до сих пор. В то же время администрация Трампа разработала план добровольной депортации около 200 000 украинцев.

— Я знала, что с приходом Трампа будет борьба с мигрантами, — говорит Ирина, — Но, поскольку мы приехали сюда легально, была спокойна. Опять же, никто нам не гарантировал грин-карту.

Получение грин-карты (документа, удостоверяющего право на постоянное проживание и трудоустройство в США для иностранца) — цель-максимум большинства украинских иммигрантов. Но если программы для беженцев не продлят, легализоваться в Соединенных Штатах им будет почти нереально. Разве что заключить брак с владельцем грин-карты. Или попросить сделать ее работодателя. Но далеко не все из них на это согласятся.

— В волонтерском центре, где нам помогали с документами, порекомендовали на всякий случай выбрать страну, куда можно переехать: Канаду, например, или страны Европы. Можно оформить студенческую визу, можно открыть бизнес и сделать рабочую визу. Но на все это нужны деньги. Есть еще виза талантов — для тех, кто имеет выдающиеся способности в области науки, искусства, спорта. Но этот талант еще нужно подтвердить, — говорит Ирина, — поэтому, скорее всего, будем рассматривать другие страны. Хотя пока не знаю, куда бы мы могли поехать. И, конечно, чем скитаться, лучше остаться бы здесь.

Читайте также:

• Истории украинских беженцев: «Скучаю по свободе и простоте, которая была дома, в Одессе»
• Дорожные заметки «Одесской жизни»: Как украинцы в Праге помощь получают в Праге
• Одесситка в Португалии: «Не знаю, вернусь ли я домой»