Жизнь в оккупации: как украинские фермеры боролись с рашистами

Если понимать содержание ведения аграрного бизнеса, даже небольшого, то понимаешь, в каких убытках остаются эти предприятия.

Сельхозпроизводители, земли которых оказались в оккупации с несобранным урожаем озимых, а весной необработанными надлежащим и не засеянным будущим урожаем, стали еще и загрязненными тысячами обломков от вражеских ракет, снарядов и мин.

Украинские фермеры, особенно покинувшие свои хозяйственные земли потому что их оккупировали, понесли огромный материальный ущерб из-за хищения оккупантами имущества, сельскохозяйственной техники, зерна, запасов удобрения, горючих материалов. Ведь весь мир уже знает, что российская армия, вместо того чтобы воевать – грабила и продолжает красть все, что видит.

«Каждый раз их аппетиты росли»

Семья фермера Сергея Вишенки из оккупированного Бердянского района терпела зверства кафиров до тех пор, пока рашисты совсем не потеряли предел здравого смысла.

– Сначала они голодными ворвались в наш дом и забрали все, что было в холодильнике и морозильных камерах, – рассказывает Сергей.

Это был март, но морозы еще стояли свирепые. Потом рашисты начали приходить в наш дом как к себе домой и шарить повсюду. Не раз прерывали все вещи, делали обыски. Забрали всю теплую мужскую одежду и обувь. В другой раз забрали все смартфоны и компьютерную технику, даже у ребенка.

– Каждый раз их аппетиты росли и в очередной раз целью их визита стали ключи от наших автомобилей, некоторые из которых были совершенно новые, приобретенные в кредит. Эти наглецы отжали и всю сельскохозяйственную технику, все, что хранилось в гаражах и хозяйственных дворах. Они увезли все, что могло ехать: грузовики, тракторы, комбайны, сеялки, прицепы… Абсолютно все! Вырезали даже весь живой скот! Но когда они положили свой ненасытный глаз на нашу старшую дочь, мы поняли, что медлить дальше просто нельзя. Собрали вещи, документы, попросили у родственников машину, сели и уехали оттуда, – вспоминает фермер. – Перед отъездом я поджег собственные зерновые склады, о которых рашисты еще не знали, ведь было ясно, что мы тем зерном не воспользуемся, но и им оно не досталось. Знаем от соседей, что потом орки заселились в наш дом. Хотя у нас не так много земли, как у других фермеров района, но, если посчитать все убытки, то становится невыносимо больно. За что они лишили нас всего, что мы своим трудом зарабатывали всю жизнь?

«Своими глазами видел, как наши фирменные новенькие зерновозы орки гонят в сторону Крыма»

Богдан Деменко из оккупированного Пологовского района работал в крупной местной агрокомпании и когда покидал свою маленькую Родину, вывозя семью из оккупации, собственными глазами видел, как их фирменные новенькие зерновозы едут в сторону Крыма.

– Россияне вывезли все из наших ангаров и элеваторов, а потом и сами ангары вырезали, варвары, – рассказал с грустью мужчина.

– Совершенно не ожидали у нас таких событий в феврале. Наше руководство больше было готово к эвакуации компании в 2014 году. Но то, что увидели своими глазами и едва живыми выбрались из оккупации, оставив свое благополучие и дело всей жизни, до сих пор не дает покоя. Сейчас в полном отчаянии. Это миллионный ущерб, если не больше, – делится Богдан.

«Многие из нас под обстрелами и минами вообще не собирали или не сеяли ничего»

Николай Сиряк, аграрий из оккупированного Мелитополя, как и все его коллеги по полю, ответил на запрос относительно интервью вот таким образом:

– О чем говорить?! Мы в полной катастрофе! У кого-то еще стоит в поле кукуруза и соя, кто-то уже собрал, но из-за того, что негде хранить урожай, отдал сырое зерно за бесценок. К кому-то из нас обращаются пайщики и он в горячке ищет где взять средства на оплату аренды или на зарплату работникам. Кто-то еще не может выплатить договорные обязательства, но теперь видит, что на закупку необходимых производству ресурсов не хватит средств, а весна спросит. Многие под обстрелами и минами вообще не собирали или не сеяли ничего. Кто-то потерял жилье и производственную базу, или, вообще, самое бесценное – жизнь свою или близких. Однако большинство из нас продолжают держать тыл, помогают армии, волонтерам, вынужденным переселенцам. Что будет дальше? Только Победа!».

*****

Конечно, среди украинских сельхозпроизводителей есть и оставшиеся на оккупированной территории. Они так же несут большие материальные потери от оккупации россией. Но некоторые страдают еще и не только материально, но и физически. К тем, кто продолжал и продолжает оставаться в оккупации, враг применяет пытки и заставляет перерегистрировать свой бизнес, имущество, земли. Нередки были случаи этим летом, когда оккупационные власти заставляли работать аграриев на заминированных полях. В результате такой деятельности труженики подрывались на минах и погибали, возделывая земли.

Сегодня аграрные регионы Украины переживают трагическую ситуацию, отмечают специалисты аграрного сектора. Сельскохозяйственные угодья, находящиеся или находившиеся в зоне активных боевых действий или российской оккупации, потребуют тщательного осмотра, разминирования, проведения восстановления земель. Очень много работы предстоит сделать, чтобы вернуться в эти земли.

В то же время они все как один верят в лучшее и ждут освобождения территорий.

Публикация осуществлена ​​при поддержке Ассоциации «Независимые региональные издатели Украины» в рамках реализации грантового проекта The Women in News из WAN-IFRA. Мнения авторов не обязательно совпадают с официальной позицией партнеров.

Читайте также: Жизнь в оккупации — больница под обстрелами