Они уезжали “на неделю” — с одной сумкой и верой, что скоро вернутся домой. Прошло уже более двух лет, но возвращаться некуда: их город разрушают авиабомбами. Две свахи из Дружковки поселились в Рени, торгуют на рынке и выживают благодаря помощи людей и церквей. Это история не только о бегстве от войны, но и о новой жизни, которую пришлось начинать с нуля.
Свахи Алла (ліворуч) та Галина (у центрі) з Дружківки оселилися у Рені
Ключевые моменты:
Журналистка «Одесской жизни» пообщалась с переселенками из Донецкой области, которые сейчас живут в Рени, и узнала их историю из первых уст. Также мы уточнили, какую помощь реально получают ВПО, и проверили данные о местных программах поддержки в Ренийской громаде.
С начала полномасштабной войны города и села Одесской области приняли немало переселенцев из зон боевых действий. В городе Рени официально зарегистрировались около пяти тысяч человек. На сегодня многие уехали в другие регионы Украины или за границу, но часть переселенцев осталась. Как они устроились на новом месте, как живут, с какими проблемами сталкиваются?
Переселенка из Донецкой области Галина обошла весь Ренийский рынок, но так и не смогла подобрать себе белье. Кто-то подсказал: «А вы загляните в контейнер №311 – там переселенцы торгуют харьковскими бюстгальтерами».
Продавщица по имени Алла показывала товар, расхваливая отечественного производителя.
– А вы откуда приехали? – поинтересовалась Галина, обратив внимание на специфическое, до боли знакомое произношение звука «г».
– Да вы не знаете: мы из маленького городка Дружковка приехали, это в Донецкой области.
– Вас зовут Алла? Вы стояли на рынке в Дружковке в центральном ряду, рядом с Лешей, который торговал рыбой? Да я же ваша постоянная клиентка!
Женщины обнялись. С того дня они стали подругами.
В Рени немало людей из Дружковки, которых Алла уговорила приехать в гостеприимный городок на Дунае.
Когда в Украине отмечали скорбную дату – четвертую годовщину начала полномасштабной войны, сотрудники Ренийского музея пригласили переселенцев на чаепитие. Во время общения Алла Александренкова рассказала, как они со свахой попали в городок на берегу Дуная, о котором раньше совсем ничего не знали.
– 24 февраля я проснулась от страшного взрыва – в Дружковку прилетела ракета, – вспоминает Алла. – Первая мысль: «Началось! Но ведь мне сегодня надо ехать за лифчиками». Я торговала на местном рынке женским бельем, и именно в тот день должна была забрать партию нового товара.
Позвонили родственники: срочно собирайся, через пять минут стой у подъезда, мы все уезжаем.
Я думала, что это будет кратковременный отъезд, поэтому взяла с собой только одну сумку.
Сажусь в машину, а там уже моя невестка с внучкой семи лет и сваха – вся в слезах. 25 февраля она должна была получить свой загранпаспорт – получается, не успевает. И я тоже без загранпаспорта – мой уже просрочен.
Семья поехала просто на запад, куда глаза глядят. А на дорогах машины идут в несколько рядов: все, кто на колесах и при деньгах, – уезжают.
– Мы решили: где-нибудь остановимся на неделю, переждем, пока все закончится, и вернемся домой. Звоню племяннице в Киев: «Можешь нас принять?». А она в слезах: «Ой, у нас ужас, так бомбят!». И тут мы поняли, что это – полномасштабная война.
Родственники мне жестами показывают: не говори слово «война», с нами ребенок. Заменяем его на «фейерверки». Малышка хлопает в ладоши от радости: «Сегодня по всей Украине фейерверки!». Сваха еще сильнее рыдает. «Внученька, это бабушка плачет от счастья», – говорим, чтобы не напугать ребенка, – рассказывает Алла.
По дороге семья решила вывезти ребенка за границу и свернула от Одессы на пограничный городок с необычным названием «Рени». На этой трассе происходило что-то страшное – машины шли сплошным потоком.
– Нас со свахой на таможне не пропустили – загранпаспортов нет. А на дворе уже ночь. Мой родственник вспомнил, что у него есть один-единственный номер телефона в Рени – как-то пересекались с местным мужчиной по имени Валерий. Позвонил ему, объяснил ситуацию, попросил «забрать мам с пункта пропуска», – продолжает Алла Александренкова. – Совершенно незнакомый человек приехал, забрал нас, привез в Рени. Начали ночью искать место в гостиницах – все занято! Валерий говорит: «Через три дня смогу предложить вам свободную квартиру, мы как раз заканчиваем там ремонт». Пока общались, подошел второй мужчина, тоже незнакомый. Узнав о нашей ситуации, сказал: «Давайте я вас к своей маме отвезу, она примет».
У тети Елены дружковчане прожили три дня.
– Дай Бог ей здоровья: она нас кормила, утешала. Пытались заплатить деньги, а она – ни в какую, – рассказывает женщина. – Потом переехали в отремонтированную квартиру Валерия. Живем месяц, второй, третий. Деньги пытаемся дать – хозяева категорически отказываются брать. Только через год они разрешили нам оплачивать коммунальные услуги. И постоянно поддерживали: мужчина рыбы наловит – принесет, его жена что-то испечет – угостит.
Вот так нас принял этот город, и мы безмерно благодарны Богу и людям. Все стараются помочь и относятся к нам как к родным. Город такой красивый, тихий, нам очень нравится.
Две свахи из Дружковки решили не ехать за границу, а остаться в Рени. Со временем сняли однокомнатную квартиру за небольшие деньги, живут вдвоем.
– А что делать? Наш город – в зоне активных боевых действий, его стирают с лица земли, сбрасывают управляемые авиабомбы на дома мирных жителей, – рассказывает Алла. – Там столько людей погибло, среди них – наши знакомые. Предприятия в Дружковке не работают, инфраструктура разрушена – нам некуда возвращаться. А за границей нас никто не ждет: знакомым, которым удалось уехать, самим тяжело живется.
Решили работать здесь. Я позвонила своим поставщикам, мне отправили партию женского белья. А для свахи заказала мужское. Теперь рядом работаем на рынке: я торгую женскими трусами, она – мужскими.
Две наши пенсии и выплаты для переселенцев уходят на оплату жилья и аренду контейнеров на рынке. Что наторгуем – на то и живем.
Алла рассказывает, что людей в городе стало мало, торговля плохая, поэтому ходят по всем церквям: там рассказывают о Библии, радушно принимают, помогают.
– В Свято-Вознесенском соборе мне батюшка нравится. Рядом – церковь «Свет мира»: в будни здесь кормят всех переселенцев горячими обедами – первое, второе, еще и что-то вкусное к чаю пекут. И, представляете, люди помогают уже четыре года – это что-то из разряда фантастики! Знаете, для нас это большая поддержка.
Женщина рассказала, что в первый период большой войны гуманитарная помощь в Рени шла большим потоком, переселенцы ее получали.
– Сейчас единственное, что получаем от государства, – «переселенческие» выплаты. Если бы не помощь от церквей, было бы совсем тяжело.
Иван Казанакли, пастор церкви христиан веры евангельской «Возрождение»:
– Самая большая проблема для переселенцев – это жилье. Кому-то повезло встретить отзывчивых людей, которые сдают жилье за символические деньги или просят оплачивать только коммуналку. Но есть случаи, когда за аренду просят по 6-7 тысяч гривен в месяц.
Считаю, что общине нужно разработать программу поддержки ВПО. В нашем городе есть заброшенные общежития, очень много пустых бесхозных домов. Они разрушаются, а могли бы послужить переселенцам, которые приехали из зон боевых действий.
У города Рени был уникальный шанс – увеличить население громады. Переселенцы могли релокировать свой бизнес, открывать рабочие места, платить налоги. Но Рени этим шансом не воспользовался.
По словам Валентины Степаненко, главы местной общественной организации ветеранов, которая помогает решать и проблемы ВПО, все переселенцы, оказавшиеся в сложном финансовом положении, имеют право воспользоваться местной программой «Защита и забота».
– В прошлом году этой программой воспользовались 14 переселенцев, которые в сумме получили около 55 тысяч гривен единовременной помощи, – сообщила Валентина Степаненко.
В Ренийской громаде также принята Программа социальной поддержки ВПО. Она предусматривает финансирование в размере 18 миллионов гривен на обустройство временного жилья для переселенцев в зданиях бывшей Ренийской школы №5, которая была ликвидирована. Однако, как отметила начальник отдела социальной защиты населения Ренийского горсовета Галина Новикова, процедура передачи этих зданий с баланса отдела образования еще продолжается.
– Существует Порядок предоставления государственной помощи для решения жилищного вопроса участникам боевых действий, среди которых есть ВПО, – отметила Галина Новикова. – В Рени создана комиссия, которая рассматривает эти вопросы, на данный момент уже получено 14 заявлений, из которых восемь обработаны, приняты соответствующие решения горсовета, еще шесть – на рассмотрении. Кстати, я сама приехала в Рени из Славянска, который находится в зоне боевых действий. Сначала мы арендовали жилье, а затем решили приобрести за собственные средства. Как будет дальше – посмотрим.
Напомним, что в Одессе помогли найти работу сотням переселенцев из Донецкой и Херсонской областей.
Ранее мы рассказывали почему украинские женщины, несмотря на войну, возвращаются из «безопасной» эмиграции.
Читайте также: Европейские ценности глазами украинки: почему учительница из Германии мечтает вернуться домой
Трагическая весть всколыхнула Сафьяновскую громаду Одесской области: война забрала жизнь совсем молодого защитника. 5 апреля… Read More
Российские спецслужбы пытались организовать убийство офицера ВСУ в Одессе, однако спецоперация СБУ сорвала план в… Read More
В Одессе продолжается открытие сезона фонтанов: 10 апреля, после зимнего перерыва, заработал один из самых… Read More
Для повышения безопасности дорожного движения специалисты КУ «СМЭП» провели плановое обновление разметки на оживленных участках… Read More
Его спасли случайно — младенца, которого уже считали мертвым. А позже он стал одним из… Read More
В Одессе планируют серьезно увеличить количество мобильных укрытий. Исполком уже одобрил изменения в городскую программу,… Read More
