Пока большинство одесситов после ночных тревог пытаются ещё немного поспать, дворники уже выходят на работу. Именно они первыми видят последствия атак, находят подозрительные предметы, обломки, погибших животных и даже человеческие тела. Журналистка «Одесской жизни» поговорила с работниками коммунальной сферы о войне, опасных находках и работе, которую горожане часто не замечают.
Ключевые моменты:
Каждый день в Одессе на уборку улиц выходят сотни работников жилищно-коммунального хозяйства. Во время военного положения к привычным обязанностям добавились новые риски — последствия ракетных и дроновых атак, подозрительные предметы и работа рядом с местами разрушений.
Чтобы создать этот материал, журналистке «Одесской жизни» пришлось встать пораньше, чтобы встретить рассвет и пообщаться с дворниками в разных районах города, узнав, как им сейчас работается.
Леонид — переселенец из Запорожья. Жена и дочь из-за войны уехали в Европу, а он остался в Одессе. Пока мы разговариваем, Леонид поправляет неповоротливые мусорные контейнеры: подтягивает ближе к тротуару, выравнивает. Параллельно объясняет, что работа у них самая обычная, ничего особенного.
Я возражаю, что только что видела в соседнем сквере комплект одежды под деревом. Будто кто-то, прилично одетый, ночью разделся там догола — и ушёл или испарился.
— Да тряпья какого только не находим, чего только не находим, привыкли, — пожимает плечами Леонид. — Как-то я труп человека утром нашёл, вот тогда удивился! Немного прикопан был труп… На разборе завалов после прилётов бывает много работы, но это тоже привычное дело. Но туда мы первыми не лезем. Стоим, ждём, пока полиция и службы всё проверят, и только потом принимаемся за работу.
Помолчав, Леонид добавляет:
— А вообще в Одессе очень спокойно. Ну после нашего-то Запорожья! Тихо здесь, такая тишина…
Воздушной тревоги он будто и не замечает.
Светлана вспоминает, что труп тоже недавно приходилось обнаруживать.
— Но тот не валялся, а тихо сидел в машине, — успокаивает она. — Мы по утрам обычно находим сбитых котов, этого много. Носятся машины, да ещё и в темноте…
Подозрительным Светлана теперь на всякий случай считает всё, кроме обычного мусора.
— Нам так объяснили, что если сомневаешься, то лучше ну его! Машинка детская, провода, металлические штуки, странные коробки… Обмети вокруг и дай сигнал куда следует, а там уже разберутся.
Главным врагом дворника остаётся не война, а природа.
— Осенью листья, зимой лёд и снег, весной грязь, летом цветы с деревьев сыплются! Раньше моим любимым временем года было лето, — вспоминает Светлана. — Но теперь погода сумасшедшая, все сезоны куда-то съехали, так что мучаемся круглый год.
Алла работает дворником в Одессе уже 24 года, и беспокоят её не опасности, а нехватка кадров.
— Метём по два-три участка, людей нет! Переселенцам и нуждающимся предлагают, но те пробуют и отказываются. Тяжёлая работа.
Алла развеивает слухи о том, что по ночам с вражеских дронов сбрасывают фальшивые купюры и россыпи мелких взрывных устройств. В Одессе, по крайней мере, ни разу такого не видела. Высмеивает она и другой миф: о том, что дворникам дают квартиры.
— Никакого жилья не дают. Хоть 20, хоть 30 лет здесь работай. А вот за квартиру люди пошли бы и дворниками.
Пока мы разговариваем, мимо пробегает её коллега. Эта женщина в ярости выкрикивает на ходу:
— Шорты им не понравились, понимаешь! А мне жарко, парит! Нет, говорят, переоденься!
На ней болтаются свободные шорты до колена. Алла сочувственно улыбается коллеге, но мне говорит, что это требование разумное.
— Травмоопасная работа, ноги должны быть закрыты. Когда метёшь, летит стекло, камни, обломки, иглы. А ткань наше начальство могло бы выбирать и получше. Синтетика дешёвая, колом стоит, не дышит, как тут не вспотеть?
Главная примета войны, по словам Аллы, — это исчезновение бездомных с улиц. Говорит, ТЦК давно уже вымели или распугали всех.
Читайте также: «Купаемся в любое время года»: будни бригадира одесского водоканала
Этот Леонид — одессит, всю жизнь был каменщиком, заработал пенсию 3 500 гривен. Уже 4 года убирает район консерватории, но зарплата крошечная.
— Приходится вон, — кивает на урну с мусором, — ещё банки собирать и сдавать…
Он опровергает наблюдения Аллы относительно бездомных: никуда они не исчезли, перебрались с улиц в подъезды домов и подвалы. Заметно, что бездомных он считает естественными врагами дворника.
— Нет, всякое бывает. Может, человек взял кредит на бизнес, неудачно его потерял и лишился жилья. Но когда люди хотят жить на улице… не понимаю! Вот здесь при мне было: бездомного отмыли, одели в новый костюм, обули прилично. И что он сделал? Распродал всё приятелям. Даже ботинки продал, да ещё как! Нашёл двух одноногих — и каждому продал по ботинку. Бизнесмен! На следующее утро снова пьяный лежал в луже. Да и наркоманы никуда не делись, так и шарят по кустам, ищут свои закладки, им вся война — мимо.
Удивляет теперь Леонида только наглость нашей власти.
— Воруют — все! Жируют, никого не стесняются! И судьи, и прокуроры, и депутаты наши, якобы «народные», и президент…
Он долго ругается, грозит народным гневом. Потом вспоминает, что я спрашивала о другом, и рассказывает:
— В общежитие у нас тут ночью дрон прилетел, немного повреждённый. Ну, страшновато… Внутренности видно было, я заглянул, а там четыре мотора, как у мопеда, и целёхонькие. Я позвонил, приехали военные и забрали. Пригодится ещё, думаю, для наших дронов…
Сергей отвечает, что из находок на улицах города особенно удивляют его собачьи какашки. Когда же, когда уже научатся убирать за своими собаками?
— А вообще у нас самая адская работа! — вздыхает он. — И с войной её просто больше стало. Лишний мусор, обломки, разбитые окна…
Когда я спрашиваю, каким инструментом удобнее собирать кучи битого стекла, Сергей смотрит на меня как на сумасшедшую и смеётся.
— Вот наш инструмент, — трясёт он метлой. — На все случаи жизни. Нет, зимой ещё лопата и, может, горсть соли выдадут, чтобы три квартала посыпать… Метлой всё и собираем после прилётов. А потом ещё и окна фанерой заколачиваем, это тоже на нас. Выходных у нас нет, всю неделю пашем! Да кого это удивляет?
Почти все дворники — люди пенсионного и предпенсионного возраста. Но попадаются мне и двое мужчин лет под сорок. На мои вопросы они отвечают:
— Да нормально всё у дворников… Но ТЦК мешает!
Я удивляюсь: разве вы не забронированные работники? Важная сфера, ЖКХ города! Здесь даже приторговывают «бронью», оформляя «липовых» сотрудников в дворники.
Мужчины объясняют, что они давно уже военные.
— Я вообще в СЗЧ, — смеётся один. — Отвоевал, а списаться из армии по здоровью не давали. У нас местные ТЦК нормальные, сразу в бусик не запихивают. Проверяют меня через «Резерв+», а я там почему-то числюсь покойником. Уже так при встрече и говорят: «о, наш покойничек бежит»! Сейчас договариваюсь в одной бригаде, буду возвращаться, а пока мету улицы.
Его напарник рассказывает, что списывается по состоянию здоровья. Привёз с фронта и межпозвоночные грыжи, и кучу осложнений. Побыл ещё немного в ПВО, но и там уже не тянул.
— Задержек с зарплатой у дворников нет, это главное, — говорит он. — И премии дают, когда работаем на разборе завалов. Это называется «общественные работы», в прошлом году несколько раз получали по 20 тысяч премии. Жить можно.
Странными находками на улицах Одессы этих мужчин не удивишь.
— Я в пехоте был, там любой предмет за километр обходили! Бутылка старая лежит в грязи, будто давно валяется. А поставишь ногу рядом — и сдетонирует.
— Да! Или зажигалки. Лежит зажигалка, яркая. Поднимет мужик — и взрыв, нет руки. А в Одессе… Нет, ну тоже бывает интересное! Вот на прошлой неделе ракета ПВО ночью упала на улице, за квартал отсюда. Посмотрели мы на неё утром… Ну, думаем, хорошо хоть не сдетонировала!
***
Сходятся все в одном: на тревоги не реагируем, в укрытия не ходим. Даже если ночная атака переходит в утреннюю, дворники выходят на улицы в 5 часов утра. Так и метут под канонаду взрывов и жужжание в небе. Иначе потеряют 30–40 минут, и придётся лавировать с метлой среди первых пешеходов.
В кадр никто не хочет. Деды смеются: я уже старый, не надо, вон девушки на соседнем участке! «Девушки» тоже смущаются: ну ещё чего, нашли фотомодель! Кого-то уговариваю сфотографироваться хотя бы со спины, за работой. Они отворачиваются, взмахивают метлой, входят в ритм. И начинают быстро удаляться, забыв обо мне. Времени мало, к восьми утра улицы уже будут заполнены людьми.
Удивительное тоже рядом, но удивляться некогда, работы много. И отнять её у дворников не спешат ни дорогие роботы, ни модный искусственный интеллект.
Ранее мы рассказывали, как убирают город, строят укрепления и «крестят» технику шампанским коммунальщики Рени.
Читайте также: Разбирают завалы и высаживают цветы: два фронта озеленителей Одессы
На Дунае в рыбацкие сети случайно угодила огромная белуга — ценнейшая рыба, которая находится на… Read More
Государственные экологи зафиксировали варварскую вырубку деревьев в одном из самых популярных мест отдыха одесситов —… Read More
Юная гимнастка Александра Паскаль из Одесчины, которая после тяжелого ранения в 2022 году вернулась в… Read More
В среду, 17 июня, центр Одессы остался без двух главных коммунальных услуг одновременно. Из-за плановых… Read More
В Одессе официально утвердили новое повышение стоимости проезда в частных маршрутных такси. Уже с конца… Read More
В Украине планируют существенно пересмотреть систему наказаний для водителей. В Верховной Раде рассматриваются законопроекты, которые… Read More
