Бессменными сюжетами для туристических открыток из Одессы остаются Оперный театр, памятник графу де Ришелье и та самая Потемкинская лестница, прославившая город в фильме «Броненосец Потемкин». Однако самым ярким символом Южной Пальмиры как много лет назад, так и сейчас, являются одесские дворики. Они представляют собой целый микрокосмос: яркие, как вывешенное белье, уютные и мелодичные, как одесские коты, и многоликие, как сами одесситы.
«Одесская Жизнь» расскажет об интересных фактах из истории одесских двориков.
Как и многие европейские города, Одесские тротуары и проезжие части были вымощены брусчаткой. Этот материал являлся самым популярным для отделки дорог, так как при должном качестве кладки может служить если не вечно, то очень и очень долго.
Дворы же, в свою очередь, часто имели «покрытие» другого рода — лавовый камень. Материал этот находился выше всех прочих по соотношению «цена-качество» и вот почему: по городским приданиям, парусные суда, шедшие из одесского порта к берегам Италии, везли зерно. Возвращаться обратно с пустыми трюмами было небезопасно, поскольку судно могло совершить оверкиль, то есть попросту — перевернуться вверх дном. Для этого моряки были вынуждены собирать камни на набережной и грузить ими судно. При возвращении в одесский порт операция проделывалась в обратном порядке и трюмы освобождались от ставшего ненужным балласта. Романтичная была работа у моряков XIX века, ни дать ни взять.
Позже, одесская предпринимательская жилка прочно укоренилась и дала первые всходы: дороги в разрастающейся Одессе активно прокладывались и моряки стали возить в виде балласта лавовый камень, купленный «задешево» у итальянских крестьян. По прибытию в порт, материал «сдавался» местным властям для мощения дорог. Во множестве двориков центральной Одессы лавовые плиты по-прежнему застилают собой землю, неся эту романтическую историю следом.
Практически каждый двор Одессы сохранил у своего входа кованную решетку. К счастью, большинство из них сохранило свой первозданный вид и способно рассказать еще одну историю из прошлого нашего города, быть может, чуть менее романтичную.
Ворота чаще всего выполнялись в виде арки, преграждающей собой путь в портал. Верхняя часть кованной калитки, выполнена в виде дуги, и имеет мелодичное французское название — люнет. Именно об этом декоративном элементе и пойдет речь.
Мало кто знает, что профессия дворника в то время имела мало что общего с нынешними ЖЭКовцами. Однако, есть и нечто схожее. Например, как и сейчас, блюстители чистоты получали в бесплатное пользование жилье, что помогало сэкономить немалую сумму. Дворник работал на домовладельца и официально получал жалование от жителей вверенного ему дома. Однако формально, «работник метлы» находился в ведомстве городской полиции.
Так, для трудоустройства на работу, человек должен был пройти «собеседование» в участке. Именно по этой причине дворники часто являлись внештатными сотрудниками полиции. Они не просто поддерживали порядок, но и выполняли множество других функций. Например, охрану дома. Люнеты в воротах двора оборудовались под небольшую 1,5 метровую подсобку, в которой находились работники двора и записывали все передвижения жильцов: кто пришел, к кому, во сколько, с какой целью. Своеобразный ресепшн XIX века. Все подозрительные сведения дворник обязан был тут же передать городовому. В условленное время калитка запиралась на ключ и попасть внутрь не представлялось возможным. Таким образом, ключ приносил дворнику немалый «теневой» доход от любителей поздних визитов.
Большинство фотографий, сделанных на фоне одесского двора, захватывает в кадр небольшие черные столбики, расположенные симметрично по углам въездной арки ворот. Они аутентично вписываются в прошловековой пейзаж, однако вызывают нередкие вопросы туристов из более урбанистических городов.
В не столь далеком тележно-каретном прошлом Одессы такие сооружения помогали уберечь углы зданий от ударов колес проезжающих мимо экипажей. Выполнялись тумбы из различных материалов, чаще всего — из металла и примерно на треть закапывались в землю. С конца XIX века от применения тумб стали понемногу отказываться.
Старые колесоотбойники находятся в разных городах Европы: в Париже, Копенгагене, Тбилиси, Берлине. По одной из версией к таким тумбам также привязывали лошадей прибывшие к дому гости, а по одесским городским легендам, форма тумбы крайне подозрительно напоминает пушечный ствол, что дает основание полагать будто это ни что иное, как военные трофеи.
По одной из городских легенд, руку к возникновению названия города приложил сам герцог де Ришелье. При попытке опровергнуть слухи среди приближенных императрицы о том, что место, выбранное для города, крайне неудачное ввиду острого недостатка пресной воды, градоначальник изрек на французском «Assez d'eau». В переводе — «воды достаточно». В транскрипции же фраза выглядит как «асседо», что при прочтении справа налево, звучит как Одесса.
Проверить правдоподобность этого факта не представляется возможным, однако проблема нехватки пресной воды была никакой не выдумкой и преследовала одесситов еще как минимум век после знаменитой фразы.
Ярким напоминаниям о мытарствах с водой наших предков являются дворовые фонтанчики, колодцы и колонки, призванные помочь решить создавшуюся проблему. Очень многие дворики на Молдаванке и в центре города могут похвастаться таким своеобразным историческим памятником. Для того, чтобы оценить масштаб проблемы, стоит отметить, что ведро воды в 1796 году стоило 10-15 копеек в противовес 20 копейкам за фунт свежего мяса.
Колодцы рыли преимущественно в тех районах, где грунтовые воды пролегали относительно неглубоко. Вместе с тем качество колодезной воды оставляло желать лучшего, поэтому местные власти постоянно пребывали в поисках решения. Название Колодезного переулка напоминает о тех временах. Многие владельцы домов устанавливали в своих дворах крытые бетонные цистерны для сбора дождевой воды.
Последним интересным фактом о недавнем прошлом одесских двориков, станут памятки о печном отоплении. Если посмотреть на крыши старых домов в центре Одессы, все они будут усеяны дымоходами, красноречиво напоминающими об ушедшей эпохе.
В XIX и в начале XX века Одесса жила, что называется, на дровах. В каждом доме была установлена печь, чаще всего располагавшаяся на первом этаже. Каналы в стенах транспортировали тепло выше по дому и логично заканчивались дымоходом на крыше. В некоторых парадных остались металлические саркофаги, в которые были облицованы отопительные сооружения.
В доходных домах, коих в Одессе было бесконечное множество, квартиры сдавались с дровами/без дров. Без дров оно конечно, было дешевле, но с дровами гораздо комфортее. Дрова хранили во дворе, как и многие другие необходимые для хозяйственных нужд вещи. К слову, именно этим часто и объясняется строение дворов-колодцев, дабы спрятать ненарядную бытовуху от глаз прохожих горожан. Дворник рубил дрова и относил их в каморку под черной лестницей. Когда дрова подсыхали, они раздавались жильцам. В то время как в зажиточных домах звучало «Эй, Захар! Растопи печь!».
Автор: Алёна Уткина
С приходом весны все больше одесситов начинают задумываться не только об обновлении гардероба, но и… Read More
На Соборной площади «исчезла» инклюзивная детская площадка. Работает техника, территория ограждена, объявление «Осторожно, демонтаж!» отвечает… Read More
В пятницу, 4 апреля, около 20:00 в Кривом Роге произошел ракетный обстрел, в результате которого… Read More
В субботу, 5 апреля 2025 года, в Одессе и Одесской области ожидается относительно теплая погода… Read More
В Одесском городском совете рассматривают возможность создания единого департамента путем объединения департамента земельных ресурсов и… Read More
Американские СМИ распространяют предположения о возможной передаче под контроль России стратегических объектов в Украине, в… Read More
View Comments
Зато дворики без примечательностей, а их 99 %, дворники вообще не посещают (или заходят только чтобы положить инструмент), хотя деньги за это регулярно получают. Предлагаю в каждом ЖЭКе устроить обязательные экскурсии для их руководства "по дворикам" с обязательной же уборкой тех, которые не убраны силами экскурсантов без откладывания в долгий ящик. Все объяснения заслушивать по окончанию уборки.