ПОЧТИ ДВОРЦЫ: есть ли смысл купить «сталинку» в Одессе?

«Сталинки» были, есть и еще долго будут одним из самых качественных, красивых и желанных форматов жилья в Одессе. Время, когда они строились — суровое и во многом бесчеловечное. Но с точки зрения архитектуры и планирования города — одно из самых гуманных. Что же особенного в этих домах?

«Наследницы» пожаров

В нашем городе при Сталине строили немного. Одесса — город пограничный, торговый. Расположен вдалеке от индустриальной базы. Здесь все веяло былой буржуазностью, а процент «неправильных» фамилий явно не радовал официальную Москву. Одесса во времена Сталина почти не развивалась.

До войны строительство в городе велось крайне вяло. На месте трущоб и домов, разрушенных в ходе Гражданской войны, возводились типовые дома в стиле «конструктивизм» — без украшений, зато сложной планировки. В отличие от дореволюционных построек, они имели просторные дворы, иногда выходящие на улицу. Это не только украшало город, но и соответствовало гигиеническим стандартам, поскольку квартиры хорошо проветривались и освещались солнцем.

С конца 30-х годов в архитектуре преобладал уже советский неоклассицизм. Неотъемлемой частью городского пейзажа он стал после войны, когда пожары и бомбардировки оставили по городу сотни разрушенных зданий. На их месте вырастали «сталинки».

Охотнее всего авиация противника «метила» по перекресткам. Разрываясь посреди дороги, фугасные бомбы рушили все здания вокруг. Поэтому больше всего «сталинок» появилось именно на пересечении улиц. Значительные разрушения позволили организовать большие дворы, которых в Одессе не было с 70–80-х годов ХІХ века. В них располагались детские сады, игровые и спортивные площадки, зоны отдыха — то, чего очень не хватало в тогдашней Одессе (впрочем, как и в нынешней).

Красота за ваш счет

Строительство лишь немногих «сталинок» в Одессе было окончено при Сталине, то есть до 1953 года. Значительная их часть была введена в эксплуатацию только в 1954–1957 годах, что связано с плохой организацией строительства..

При жизни Виссарионыча в Одессе возводились в основном малоэтажные коттеджи в рабочих поселках. Предельно простые по технологии и дешевые — они собирались из доступных материалов руками самих рабочих. Благодаря этому удалось в кратчайшие сроки расселить тысячи семей. Больше всего построили Судоремонтный завод, Завод Октябрьской Революции (ЗОР), Нефтеперерабатывающий завод (НПЗ) и завод имени Дзержинского.

Несмотря на многочисленные выгоды, практика коттеджного строительства была официально осуждена на съезде Союза архитекторов в 1952 году. Немного разобравшись с последствиями войны, бюрократы от искусства захотели возводить величественные и пышные «дворцы для рабочих» — те самые «сталинки».

Всего через три года, при Никите Хрущеве, осудили и эту практику. Архитекторы навязывали заводам и ведомствам красивый, но дорогой декор, на который уходило до 20% сметы проекта. В то же время, квартирные очереди непрерывно росли. В 1958 году на каждого одессита приходилось всего 9 метров жилплощади, а в комнате жили в среднем 2,5 человека. То есть столько же, сколько при царизме.

При большом жилищном дефиците получить жилье мог не каждый. Неквалифицированные рабочие, которые хлынули в Одессу после Голодомора, жили в общежитиях и бараках. Квартиры давали только лучшим.

В1930-е годы огромный дом на улице Маразлиевской построило НКВД, предварительно взорвав Собор Архангела Михаила. В это же время на Французском бульваре вырос поселок Консервного завода, на улице Троицкой получили жилье работники Совторгфлота, а на улице Дворянской — университетские работники. Один из самых великолепных домов послевоенного периода построила на углу улиц Дерибасовской и Екатерининской китобойная флотилия «Слава». В нем жил весь командный состав и гарпунеры. Простым китобоям давали жилье в деревянных домиках на Фонтане.

Военно-политическая элита того времени опасалась строить для себя отдельные «клубные» дома. Полководцев и градоначальников подселяли в разные ведомственные постройки. Особо никого не баловали. Так, секретарь Одесского горисполкома (тогда слово мэр было не в моде) Александр Карпов в 1947–1950 годах занимал с семьей квартиру на улице Пастера площадью 94 кв. метра. Когда же он умер, его жену и дочь переселили в более скромные двухкомнатные апартаменты.

Безусловно, никто и не думает идеализировать сталинские порядки: такая строгость была связана с острым дефицитом жилья. О жилом строительстве в то время заботились гораздо меньше, чем о промышленном или общественном. Ситуация в корне изменилась при Хрущеве, когда «квартирный вопрос» стал вопросом государственной безопасности.

СПРАВКА:

Термин «сталинка» неоднозначен. Чаще всего так называют дома в стиле советского неоклассицизма — с коринфскими колоннами, лепными карнизами и ажурными балконами. Но иногда название распространяется на все, что соорудили в эпоху «вождя всех народов» — и «кубики» советских конструктивистов, и 2-3-хэтажные коттеджи в рабочих поселках. При всех отличиях во внешности и в планировке, эти дома имели немало общего.

Напомним, только вчера мы разбирались почему жилье в Одессе дешевеет…

Автор: Михаил МЕЙЗЕРСКИЙ