Запретное кино: О том, как одесский режиссер генералов обманул

В студенческие годы он тайком убегал с лекций для операторов на лекции по режиссуре к Александру Довженко*, а в дипломной работе «Последний лист» у него сыграла юная Люся Гурченко. Его зовут Вадим Костроменко. Он — директор Музея кино одесского отделения Союза кинематографистов, Заслуженный деятель искусств Украинской ССР, оператор и режиссер. На Одесской киностудии он с 1957 года. Одной из его любимых картин в этом году исполняется 25 лет.

Как победить дедовщину?

Многие знают имя Вадима Костроменко в связи с фильмом «Секретный фарватер» по сценарию Игоря Болгарина, над которым он работал в качестве главного режиссера. После того, как лента с успехом прошла на телеэкранах в 1986 году, руководство Центрального телевидения заказать еще одну картину про армию этой же съемочной группе. Лента должна была повествовать о современной армии примерно по такому сюжету:

— Служит парень в армии, где процветает дедовщина. Над ним издеваются и он убегает из армии, дезертирует. Прибегает в Москву и приходит в газету «Комсомольская правда», где рассказывает, что творится в армии. Газета устраивает ему свидание с Министром обороны. Солдат рассказывает, что оказывается, в армии дедовщина. Министр говорит: «Искореним!» — пересказывает предлагаемый сюжет Костроменко.

На тот момент один из сыновей-близнецов Вадима Васильевича — Дмитрий только что вернулся из армии и режиссер решил с ним посоветоваться по поводу нового сюжета.

— Димка послушал и говорит: «Папа, ни в коем случае не нужно этого делать. Ты что, стыдоба такая!». Звоню Болгарину и говорю, что «консультант» сказал, что это — бред. Он мне: «Ну, ты понимаешь, что они уже в план поставили, финансирование пошло». А если он говорит, что это плохо, пусть сам и напишет. И сыну пришлось написать сценарий с названием «Дезертир», только в кавычках (даже на экране — в кавычках). Есть там мотив о дедовщине, а в общем, все про другое, что честным быть прекрасно, но трудно, — говорит Костроменко.

Как обойти цензуру?

Фильм сняли без проблем, в заданные сроки уложились, как и положено при участии специального военного консультанта. Съемки проходили в основном в Одессе и ее окрестностях. Но, прежде чем картину на военную тему вывести на экран, ее обязательно надо было показать военным на самом высоком уровне. Надо сказать, что завязка сюжета основана на факте — в воинской части кто-то украл пистолет со стенда. Военная цензура этого не одобрила:

— Во время просмотра мне сказали вот то, что украли пистолет, — этого нельзя, у нас не бывает такого, — рассказывает режиссер. — Я говорю, так вот там, где двое стоят разговаривают возле машины, один другому говорит, что украли пистолет — я это уберу. Генералы одобрили. Дурные, они не понимали… Я там первый разговорчик заглушил ревом машины, но дальше же все про эту кражу пистолета и картина пошла на экраны.

Но потом, когда, видимо, военные поняли, что их обвели вокруг пальца, они надавили на телевидение и картину стали показывать в самое неудобное время, а потом и вовсе перестали показывать. Но это не помешало после фильма взлететь по актерской лестнице исполнителю главной роли Сергею Чонишвили.

«Сегодня я бы это не снял даже за большие деньги»

Современные технологии позволяют ускорить съемочный процесс. Сегодня на кинопленку никто не снимает, говорит Костроменко. В тоже время в кино есть масса других проблем. Самая большая — это финансирование, точнее его отсутствие. Ведь в Советском Союзе учили работать, а не зарабатывать.

— Сегодня те, кто приходит на студию со сценарием, он должен прийти еще и с деньгами. Вот «Секретный фарватер», даже если было бы много денег, сегодня я бы не снял. Это не возможно. Там столько было всего предоставлено бесплатно… А сегодня, если ты с армией снимаешь и там в кадре будут стрелять, ты должен заплатить за каждый холостой выстрел, за каждый израсходованный патрончик. А тогда была команда генштаба и мне выдавали подводные лодки, корабли, катера и я ни за что не платил, — сетует Вадим Васильевич. — Режиссер Шурик Павловский мне рассказывал, как снимают сейчас кино: «Вадим, без меня фирма находит место для съемок. Я приезжаю туда со всей группой. И за один день я должен снять эпизод. А эпизод был ночью написан. Мне только сейчас дают это читать». Я говорю, а как же текст? Он: «Как-как? На больших листах пишем, за кадром держим, актеры подглядывают и лупят!» Вот так.

Вадим Костроменко родился 26 сентября 1934 года в Артемовске Донецкой области. Во время войны эвакуировался с матерью в Чимкент, вернулся в родной город в 1944 год. В семнадцать лет поступил на кинооператорский факультет ВГИКа в мастерскую профессора Бориса Волчека. Дипломный фильм Вадима Костроменко получил третью премию на Всемирном фестивале молодежи среди студенческих работ всех стран-участниц. В связи с этим ему было предоставлено право выбора места работы (в отличие от других выпускнинов, которых ожидала работа по распределению). Выбор начинающего оператора пал на Одесскую киностудию.

Женат, имеет двоих сыновей-близнецов и внука. Сын Дмитрий Костроменко – киносценарист, одно время работал совместно с отцом, написав сценарии к фильмам «Дезертир», «Не улетай, землянин!», «Ночь грешников».

Режиссерские работы Вадима Костроменко:

«Всадники» (1972), «Причал» (1973), «Ответная мера» (1974), «Квартет Гварнери» (1978), «Шкура белого медведя» (1979), «Сто первый» (1982), «Секретный фарватер» (1986), «Дезертир» (1990), «Не улетай, землянин!» (1991), «Ночь грешников» (Другое название — «Высшая истина бомбиста Алексея») (1992).

* По словам Вадима Костроменко Александр Довженко преподавал во ВГИКЕ (Всесоюзный государственный институт кинематографии) только на украинском языке.

Автор: Алена Швец