Из одного спора о языке. Дню украинской письменности и языка посвящается

В связи с официальной датой – Днем украинской письменности и языка – вспомнился давний (где-то в середине 1990-х) разговор с бывшим одноклассником о языковой ситуации в Украине. Тогда я услышала от него такой аргумент: товарищ бывал в разных регионах и населенных пунктах страны – и везде слышал тот или иной «суржик», нигде – «правильную» литературную речь. По его мнению, этот аргумент должен был убедить меня в том, что украинский язык – чистая фикция, искусственное образование, а речь идет в лучшем случае о конгломерате говоров и диалектов, на звание культурного языка претендовать не могущих. Что я ему тогда ответила?

Во-первых – что наличие множества различающихся между собой «суржиков» – это очень хорошо. Это значит, что язык жив, а его литературная форма все еще обладает богатыми ресурсами для своего развития.

Во-вторых – неправда, что нет носителей «чистой» литературной речи. Другое дело, что их мало (впрочем, сейчас ситуация несколько иная, чем в середине 1990-х), но они есть. В почти полностью (на тот момент) русскоязычном Киеве имеются представители «недовытесненной» украинской интеллигенции, вполне адекватно выражающие свои мысли на языке, условно говоря, Максима Рыльского. Причем делают это не «с натугой», а вполне органично.

А в-третьих (тут товарищ был вынужден согласиться), любой литературный язык – искусственно созданный. И наличие множества «суржиков» у немцев и итальянцев не мешает им на «общенациональном уровне» общаться на языках Гете и Данте.

Товарищ не успокоился и стал прохаживаться по – на его взгляд – «неорганичным языковым новшествам» типа «чинник», «відсоток» или «директорка». Ну да, в советской украинской школе он привык к «факторам», «процентам» и отсутствию женского рода для целого ряда существительных. Тут пришлось отвечать, что это отнюдь не новшества, а всего лишь восстановление нормального состояния искалеченного языка. Да и, собственно, чем иноязычные заимствования лучше их перевода на родной язык? Исландцы всегда переводили, благодаря чему в состоянии без напряга читать свою литературу тысячелетней древности. И лучше ли, чтобы женщина, руководящая каким-нибудь предприятием, была «директором», а не «директоркою»? Дело всего лишь в привычке слуха?

Сегодня языковая ситуация у нас напоминает кипящий бульон: взаимодействуют несколько ингредиентов и факторов, и пока не ясно, что в итоге сварится. Плюс периодические холивары. Сейчас – вокруг проекта новой орфографии. А зачем нервничать? Вон у сербов несколько норм правописания и произношения, и ничего. Главное – не смешивать их в рамках одного текста.

Мы почему-то привыкли к странной по сути мысли, что язык – это какой-то свод незыблемых нормативов вроде законов физики. А ведь это живой организм. «Чинник» или «фактор», мужской или женский род в названии профессии либо должности женщины… само наличие вариантов – это огромное преимущество и перспектива развития.

Фото: ukrinform