Ван Гоги нашего времени

Авторская колонка Алены Швец «За кадром»

Как журналиста меня интересует все. Открытия и реформы, политика и экономика. Но как маме и бывшему учителю, мне любопытны различные нововведения в области образования. Несколько недель назад приятельница рассказала, как они с сыном-семиклассником самой обычной одесской школы — рисовали дома «Мону Лизу» Леонардо да Винчи.

— А что я могу сделать, если такую «домашку» задали? Не хочется портить оценки — приходится «творить», — говорит Таня, которая в свои школьные годы была способна максимум на рисунок букета ромашек.

Оказывается, сейчас в школах по программе на уроках изобразительного искусства изучают биографии великих художников и их знаменитые творения. Это очень похвально и жаль, что в мои школьные годы такого не было. Также ученикам предлагают попробовать воспроизвести в своих альбомах предложенную им картину изучаемого мастера — тоже, вроде бы, неплохо. Но на деле это выглядит намного прозаичнее: «Видите? Рисуйте!».

С «Джокондой» мои знакомые нашли выход из положения — вбили в интернет-поисковик запрос: «Как нарисовать Мону Лизу?». В итоге в течение получаса нарисовали вполне узнаваемый портрет. Смеялись всей семьей, когда за свою версию всемирно известной картины «мастер-фломастер» получил девять баллов.

Но «живописная история» не закончилась. Оказалось, что татьяниному «отпрыску» прямо на уроке пришлось намалевать пейзаж «Звездная ночь» с картины Винсента Ван Гога. Оценка — девять баллов. Оставим в покое этот спорный метод развития образного мышления у детей. Но вопрос о том, по каким именно критериям оценивают художества школьников, меня действительно интересует. Каждый человек, а особенно — ребенок, «видит» все по-своему. И его взгляд может совсем не совпадать с тем, как понимает прекрасное его учитель (который, к слову, тоже совсем не Ван Гог).

Впрочем, пока школьникам немного повезло — педагоги на уроках литературы не предлагают «пересочинить» заново «Заповіт» Шевченко. Но уже не до смеха и тем, кто «добрался» до химии. Оказалось, что дети с недавнего времени должны использовать исключительно латинскую терминологию.

— Ничего, — говорит мама Таня. — Как-нибудь привыкнем называть кислород (по-украински — кисень) оксигеном.

На уроках музыки и пения теперь не поют «Крылатые качели». Но зато пишут рефераты о великих композиторах. При этом мало кто из учителей объясняет, как правильно собрать информацию и оформить работу.

— Ничего, — не унывает одесситка. — Сходим как-нибудь в филармонию — слышала, там есть какие-то специальные программы для детей. Пусть мой ребенок узнает, чем контрабас отличается от флейты.

Между тем, вопрос о том, кем станет в будущем недоросль, знающий двадцать названий на латыни и нарисовавший фломастером «Джоконду», так и остается открытым…

Автор: Алена Швец