Одесские подземелья преподносят новые сюрпризы (ФОТО)

Это уже сложившаяся «традиция», даже, можно сказать, правило: если в городе есть катакомбы, подземелья и так называемые мины (провалы), то обязательно находятся молодые люди, которые самостоятельно, без сопровождения специалистов, туда залезают.

Заведующий Подземным геологическим музеем ОНУ, большой знаток и неутомимый исследователь одесским катакомб Константин Пронин не раз предупреждал: такие вылазки опасны, сеть одесских катакомб огромна, можно заблудиться, можно наткнуться на место, где произойдет завал. Но диких диггеров (так их теперь называют) ничего не останавливает. В поисках приключений они залезут куда угодно.

И вот совсем недавно небольшая группа таких вот неутомимых парней, влюбленных в одесские подземелья, не пожелав назвать даже своих имен, рассказали мне, что, мол, недавно обнаружили в провале под школой №121 на ул. Льва Толстого «схрон».

— Мы туда случайно попали, а там — как «квартира» под землей. Стоит старая-старая кованая кровать, на стене висят большие щипцы, наверное, каминные. А еще там небольшие бутылочки валялись. В них даже жидкость какая-то сохранилась, — рассказали диггеры.

Информация, конечно, интересная, но мало ли что можно рассказать любопытной журналистке? В доказательство мне обещали прислать «кое-какие фотографии».

И в самом деле прислали!

На фото, среди каменных завалов я увидела и те самые щипцы, и кровать. Но мало ли где могли быть сделаны эти фотографии? И я обратилась за помощью и разъяснениями к Константину Пронину.

— Опять дикие диггеры! Они даже не представляют, как опасны подобные подземные путешествия. Что же до фотографий, которые они вам прислали, то и в самом деле, мина, то есть провал, под школой был. Но не под самой школой, а там, где расположена школьная спортивная площадка. И вот мы со спелеологом Олегом Пищурниковым по заказу представителя Управления инженерной защиты территории города и развития побережья Василия Лучишина недавно исследовали эту мину, — говорит Константин Пронин.

Константин пояснил, что от самой мины сохранился только фрагмент. Но от нее ведет ход (коридор) и два перпендикулярных ему боковых ответвления. Судя по завалу, он был засыпан не ранее конца 1960-х годов, а, вероятнее, в 1970-х годах.

Почему был сделан такой вывод?

В теле завала найдена алюминиевая фольга, не окисленная, покрытая цветным лаком; ампула от хлорэтила. Есть и другие признаки. Сам завал находится в аварийном состоянии, доступ в западное боковое ответвление сопряжен с риском. Время возникновения мины точно неизвестно, судя по форме и размерам блоков облицовки — не ранее конца 19 века.

Что же за «схрон» там мог быть?

— Могу сделать вывод, что в какой-то период мина использовалась как укрытие, что, кстати, не редкость для наших катакомб. – отмечает исследователь. – В какой-то исторический период здесь почему-то решили спрятаться люди. Точно сказать не могу, но, как мне кажется, это период гражданской войны. Обо всем этом говорят и та самая кованая кровать, и хорошо сохранившиеся каминные щипцы, висевшие на металлическом стержне. В теле завала найдены и 4 плоских флакона с бурой жидкостью. Жидкость в них — скорее всего, йод. Очень похоже, что бутылочки — аптечные пузырьки конца XIX — начала XX веков. Они сделаны из чистого белого стекла, горлышки с винтовой резьбой, закрыты черными пластиковыми пробками с резьбой.

Вот такой очередной сюрприз преподнесла нам подземная история города, такой неожиданный привет из подземелий получили и диггеры, и специалисты. А теперь — и мы с вами.

Фото предоставлены «дикими» диггерами и Константином Прониным.

Автор: Оксана Чигиринская