Почему одесситы оказываются лишними на городских пляжах?

Из года в год пляжей в Одессе становится все меньше. Настолько, что задумываться о «путевках на море» впору самим одесситам. Долгое время пляжи были одним из «столпов» городской экономики. Но теперь из-под него постепенно уходит песок.

Сжимающиеся пляжи

Ситуацию с городскими пляжами на днях обсудили эксперты клуба «Одесса. Стратегия-2050». Выводы неутешительны.

Общественник Юрий Никитин приводит цифры:

• В 1970-х годах, когда Одесса уже обзавелась полосой искусственных пляжей от «Ланжерона» до Большого Фонтана, на побережье было 170 гектаров песка, что сопоставимо с современной площадью зеленых склонов.

• По последним официальным данным, сегодня площадь пляжей — всего 56 гектаров, а судя по замерам со спутниковых карт — не более 45 гектаров.

— По ощущениям, песка было значительно больше. Он занимал половину расстояния от подпорной стены до волнореза. Это хорошо видно на старых фотографиях, — отмечает Никитин.

Чтобы площадь пляжей не уменьшалась, нужно периодически намывать песок. В последний раз это делалось в 2007 году. Но из-за неправильной технологии работ песок не продержался и двух лет.

Эксперт по туризму Фазиль Аскеров отмечает, что по нормам пляжи должны вмещать 20% населения города, не считая туристов — то есть не менее 200 тысяч человек. По факту, согласно исследованию, проведенному в 2012 году Областной ассоциацией туризма, на одесском песке может расположиться 70 тысяч человек — и местных, и туристов. Если учесть, что после 2014 года приезжих в Одессе стало больше, то картина становится совсем неутешительной.

«Золотой берег»

Потесниться приходится еще и потому, что в Одессе место — это деньги.

— В последние годы мы принимаем 2 млн. человек в течение сезона, планируем выйти на уровень 2,5 млн. туристов, — рассказывает Аскеров. — Это условная величина, ведь речь идет не о людях, а о числе ночевок. В среднем турист проводит в городе 2,5 дня и тратит на проживание, еду и развлечения 60-80 долларов.

Выходит, что физически Одессу посещает где-то 800 тыс. отдыхающих, которые оставляют в городе 120-160 млн. долларов. К этому стоит добавить недвижимость на побережье, которая выкупается инвесторами для сдачи в аренду летом. Итого можно говорить о рынке с оборотом 200-250 млн. долларов в год, которые прямо или косвенно связаны с туризмом и городскими пляжами.

За эти деньги борются «пляжные капиталисты», рестораторы, застройщики. А поскольку контроль за исполнением законов в Одессе недостаточный, происходят постоянные скандалы: то на песке настил ремонтируется, то ресторан закрыл половину тротуара, то очередная высотка закрывает соседям солнце и провоцирует трещины в стенах домов. И всюду «лишним» оказывается простой одессит.

Даже принятая в период руководства городом Алексея Костусева явно дискриминационная норма о том, что на пляже должно быть хотя бы 30% общественного пространства, часто не соблюдается.

— В мировой практике пляжи в городской черте доступны для всех. Максимум, что может позволить себе бизнес — взять в аренду небольшой участок песка. И то, если это крупная гостиница, — говорит архитектор Мария Смирнова. — Строительство некапитальных сооружений на песке запрещено даже в таких странах, как Албания и Индия, а в Испании планируется сносить постройки, которые исторически оказались в пляжной зоне. Песок и море должны принадлежать всем. И это общий принцип всего цивилизованного мира, — отмечает эксперт.

Прочь из Одессы?

Фазиль Аскеров полагает, что площадь доступных пляжей в Одессе и впредь будет сокращаться — как по природным причинам, так и под натиском бизнеса. Эксперт не уверен, что в ближайшие годы власти найдут деньги на основательный намыв песка и предлагает радикальный вариант: вывозить одесситов на море за город.

— От Таирова до Грибовки можно доехать за 30-40 минут, с Черемушек до Затоки — за 45. Но сегодня, чтобы добраться до этих мест, одесситам приходится ездить на автостанцию в центре города, а затем возвращаться через полгорода. Поэтому необходимо обеспечить прямое сообщение из районов к пригородным пляжам, — говорит Аскеров.

Есть и другой путь: ограничивать поток туристов, повышая стоимость чека. Так, например, поступили в Барселоне, которая принимает 18 миллионов отдыхающих. Чтобы сократить наплыв, но не проиграть по деньгам, власти города ограничили заход в порт круизных лайнеров, у которых меньше трех звезд и запретила строительство новых гостиниц.

В Шри-Ланке запланировали к 2030 году остановиться на 7,5 млн. туристов в год. По расчетам специалистов, если принимать больше гостей, то проблем от туризма будет больше, чем пользы. В Одессе такие меры вряд ли возможны. Качество сервиса и так значительно отстает от цен, сфера туризма, в основном, находится в тени, а права «аборигенов» мало волнуют власть и бизнес.

Свидание на полях рефулирования

Наши чиновники всегда были немного поэтами. «Поля рефулирования песка» — именно так, и не иначе, называются одесские пляжи в официальной документации.

Рефулирование — это процесс растекания горной породы, смешанной с водой. Именно так создавались одесские пляжи. Сначала по берегу раскатывался толстый слой гравия. Речной песок подвозился на барже, смешивался с морской водой и затем подавался по трубе под самую подпорную стенку, откуда плавно стекал вниз. При этом в первую очередь подавался крупнозернистый песок, потом — мелкий.

Благодаря продуманной технологии песчаный слой одесских пляжей продержался несколько десятилетий. В 2007 году (во время руководства городом Эдуарда Гурвица) водно-песчаной смесью «поливали» край пляжа. Песок брали морской, со дна Одесской банки. Он плохо закрепился и по большей части был смыт зимними штормами.

Но это проза… Приглашая девушку на свидание, будьте немножко поэтом, как одесские чиновники, — скажите ей убедительным шопотом: «Дорогая, сегодня я покажу тебе поля рефулирования». Устоит ли она перед таким предложением? Не думаю…

Автор: Михаил ДЕНИСЕНКО