Как в Одессе зацвела «Белая акация»

15 июня в Одесском академическом театре музыкальной комедии имени Михаила Водяного состоится вечер, посвященный 70-летней годовщине создания театра. В честь юбилея мы решили вспомнить историю создания одного из самых знаменитых спектаклей театра — «Белая акация».

Новый театр в поисках нового репертуара

Переезд в Одессу в конце 1953 года львовского Театра музыкальной комедии зрители Южной Пальмиры  встретили благосклонно. Во-первых, одесситы соскучились по «легкому жанру», ведь городской театр оперетты был закрыт еще в конце 1940-х годов. Во-вторых, новый коллектив тут хорошо знали по гастролям 1950-го и 1952 года, и одесские поклонники оперетты успели оценить мастерство Евгении Дембской, Михаила Водяного, Маргариты Деминой, Юрия Дынова, Надежды Бухариной, Николая Удода и других ведущих мастеров труппы.

Буквально за три недели героическими усилиями всего театрального коллектива удалось восстановить около десяти репертуарных постановок, и уже в конце января 1954 года начать полноценную творческую жизнь в здании на Греческой, 48. О «героических усилиях» написано не для красного словца — оркестр, большую часть танцоров и почти весь обслуживающий персонал театру пришлось набирать на новом месте.

Однако репертуарная афиша Одесского Театра музкомедии на первых порах не отличалась своеобразием: тут ставили то же, что и другие театры Советского Союза аналогичного жанра. Но хотелось создать нечто «одесское», присущее именно «городу у моря».

С этой целью главный режиссер театра Изакин Гриншпун и директор Дмитрий Островский вступили в переговоры со знаменитым композитором Исааком Дунаевским. И уже в начале февраля 1954 года композитор сообщил своей многолетней корреспондентке, педагогу Одесского музыкального училища Лидии Неймарк, что летом собирается начать работу над новой опереттой «Салют», действие которой связано с Одессой и китобойной флотилией «Слава». «Вот уж я напишу песню об Одессе, — писал Исаак Дунаевский и признавался, — я очень полюбил этот город».

Оперетта про китобоев

Выбор китобоев в качестве героев будущей оперетты был обусловлен их громадной популярностью. Отплытие в рейс и возвращение из рейса флотилии «Слава» собирали в порту и на Приморском бульваре не только родственников и друзей, но и тысячи жаждущих увидеть своими глазами это величественное зрелище.

Дунаевский хотел увидеть это действо своими глазами, для чего и приехал в Одессу в мае 1954 года вместе с либреттистами Владимиром Массом и Михаилом Червинским. Оба этих автора были хорошо известны по сценариям фильмов, либретто оперетт, фельетонам, пьесам и миниатюрам для ведущих мастеров эстрады — Марии Мироновой и Александра Менакера, Юрия Тимошенко и Ефима Березина, Аркадия Райкина и многих других известных исполнителей.

— Мы гуляли по улицам и мечтали, — вспоминал впоследствии Изакин Гриншпун. — Мечтали о новой оперетте, даже нашли двор, где будет проходить действие. Старый одесский двор, много соседей, где все делят огорчения и радости… Так рождалась «Белая акация». Мы ожидали ее с нетерпением, поскольку это был «одесский материал».

Возвратившись в Москву, Масс и Червинский быстро сочинили либретто, а Дунаевский столь же стремительно — музыку. Летом 1955 года работа близилась к завершению, но в июле создателей новой оперетты постиг страшный удар: у Дунаевского остановилось сердце.

По оставшимся эскизам несколько номеров дописал композитор Кирилл Молчанов, который (отдадим ему должное) никогда не афишировал своего участия в создании «Белой акации».

Большая премьера

В Одессе над «Акацией» работали с огромной увлеченностью. Воодушевляло небывалое внимание одесситов к будущему спектаклю. Как иронически вспоминал Гриншпун, «жены китобоев, прослышав о подготовке спектакля об их мужьях, сочли и себя причастными к этому. Неизвестными путями они проникали в театр и «помогали» советами. Но этим не ограничивалось, — приносили свои платья, утверждая, что Тося должна носить именно «это платье», а Лариса — «вот это». Некоторые из них напевали свои песни, утверждая, что именно их должна петь «наша Тося» в оперетте про китобоев.

Одним словом, постановка спектакля стала общей заботой города.

Премьера состоялась 29 января 1956 года. На программке, перед названием спектакля, крупным шрифтом было набрано: «Посвящается ХХ съезду КПСС». Но зрителей это не смущало, на подобные вещи уже привыкли смотреть как на неизбежный ритуал. И вот вот прозвучала увертюра, открылся занавес, и, как вспоминает современник, «целое море акации, ослепительно белой и кремовой, заполнило зал». А еще через несколько мгновений зрители увидели на сцене одесский дворик, созданный фантазией художника Леонида Файленбогена…

«Белая акация» имела совершенно бешеный успех. Директору театра звонили даже из ЦК Компартии с просьбой «устроить контрамарки». И такое происходило не только в Одессе.

Летом 1956 года театр выехал на гастроли по маршруту Львов — Киев — Москва. «Белую акацию» везде принимали «на ура». Столичные критики признали, что одесский спектакль по всем параметрам превосходил московскую постановку. Самый большой успех выпал на долю Михаила Водяного. Его Яшку-Буксира сравнивали даже с героями Ильи Ильфа и Евгения Петрова. А дуэт Яшки и Ларисы (Водяного и Дембской) мгновенно стал шлягером.

Спектакль показывали в среднем 10 раз в месяц. А 27 апреля 1958 года сыграли 200-е представление… Оперетта «Белая акация» стала визитной карточкой Одесского театра музкомедии. А песня Тони об Одессе стала сначала неформальным, а с 25 августа 2011 года — официальным гимном города.

Кино-оперетта

На одесскую постановку «Белой акации» обратила внимание Центральная студия телевидения. По ее заказу на Кишиневской студии «Молдова-фильм» сделали экранизацию оперетты. Это был дебют Георгия Натансона, который через десять лет прославится фильмом «Еще раз про любовь» с Татьяной Дорониной в главной роли.

Съемки проходили прямо в театре, в отпускной период. Из зала вынесли все кресла, закрыли оркестровую яму. Работали быстро, благо мизансцены остались почти неизменными, и актерский состав почти не изменился. Новичками были лишь трое: Александр Стародуб (Костя) из соседнего Русского театра, Валентина Франчук (Ольга Ивановна) из Симферополя, и москвичка Муза Крепкогорская (Катя). Оператором был Яков Кулиш, который свой первый фильм снял еще в 1930 году. Иногда он допускал к камере своего сына Савву, студента операторского факультета ВГИКа, который — уже как режиссер — прославится «Мертвым сезоном».

8 февраля 1958 года «Белая акация» была показана по Центральному телевидению, а 12 мая на экраны вышла киноверсия.

Одесский жаргон и костюм Яшки-Буксира

Во время работы над постановкой «Белой акации» главный режиссер театра Изакин Гриншпун мягко, но настойчиво убирал у актеров даже намеки на «одесский жаргон», которым многие артисты считали необходимым атрибутом роли. Особенно это касалось Михаила Водяного.

В принципе, роль Яшки-Буксира можно было сыграть на одном обаянии, но Водяной не поддался искушению. Он придумал для своего персонажа множество деталей, которые позволили создать, хотя и комедийный, но абсолютно узнаваемый образ. История, как он искал костюм своего героя, уже не раз описывалась, но, право же, она стоит того, чтобы еще раз напомнить о ней.

Как-то Водяной увидел молодого человека с длиннющим галстуком, на котором была изображена девушка по колено в воде. Водяной сразу понял, что галстук — это именно та деталь, которая определяет характер поведения его героя: «законодатель мод». Но, когда начали снимать фильм, длинные галстуки уже вышли из моды, и пришлось искать замену. И вот однажды на Дерибасовской встретился парень в рубашке, на которой были изображены тигры, леопарды, орлы, пальмы — не рубашка, а «живая реклама зоопарка», как шутил потом Водяной. Сразу пришла мысль, что именно такой наряд Яшка должен был привезти из зарубежного рейса. Парень оказался одесситом и с готовностью согласился предоставить свой экзотический наряд «в аренду».

Автор: Александр ГАЛЯС