Onuka: Электронная музыка для трембиты и бандуры

Больше всего на свете вокалистке группы «Onuka» и автору песен Нате Жижченко хотелось, чтобы украинскую музыку перестали воспринимать в «остальном мире», как музыку исключительно для гуцульских свадеб. Ее мечтой было рассказать людям во всем мире, сколько энергии таится в наших корнях.

«Мы восхищаемся индийской или китайской историей и традициями, а наше прошлое остается забытым. Мы хотели развенчать все негативные мифы, поэтому и создали группу», — поясняет Ната.

Группа «Onuka» существует четыре года. Те, кто однажды познакомился с творчеством коллектива, сразу пополняют ряды ее поклонников. А для тех, кто еще не открыл для себя эту страничку современной украинской музыки, солистка и одна из основательниц группы Ната Жижченко раскроет некоторые секреты коллектива.

Я была полностью погружена в фольклор до 15-летнего возраста, благодаря дедушке и бабушке: бесконечные песни, музицирование, дедушкина мастерская, занятия на инструменте. Народная музыка всегда была неотъемлемой частью жизни нашей семьи. Детские годы я провела на гастролях разнообразных оркестров и детских коллективов, где я играла на сопилке. Но в подростковом возрасте меня увлекла электронная музыка. Когда я поняла, что хочу и могу объединить эти, казалось бы, несовместимые музыкальные пласты (народную и электронную музыку), и из их сочетания дать миру что-то новое и интересное, родилась «Onuka». Мне хотелось, чтобы это были не просто «українські пісні» в современной обработке (это я просто ненавижу), а новое прочтение украинской музыкальной традиции.

Название проекта «Onuka» — дань моему дедушке, известному мастеру-изготовителю музыкальных инструментов. Он сделал мою первую сопилку (свирель — Ред.), научил играть, сформировал во мне понимание Родины. Он был таким титаном, оставил после себя такой след, что не ценить, не понимать этого — было бы просто глупо. У меня очень яркие бабушка и дедушка, настоящие люди искусства, которые прожили друг с другом душа в душу, музыкальные и эмоциональные партнеры, единое культурное целое. Это черниговская народная интеллигенция, которую знают все. Я только сейчас осознаю, как мне повезло, что росла в такой благодатной обстановке. Рутинные моменты просто растворялись. Дедушка играл на сопилке в саду, бабушка полировала бандуры — абсолютная противоположность мегаполису и всей этой беготне.

Авария на Чернобыльской АЭС произошла, когда мне был год. Мой папа, физик-радиоэлектронщик, тогда работал на заводе «Арсенал». Через пару месяцев после аварии их пригласили с командой в Чернобыль. Работа в Чернобыле официально называли «вахтами», а дома, когда он собирался уезжать в очередной раз, спрашивали: «Ты на «войну?» Хотя папа не жаловался — он воспринимал это как сверхзадачу. Он был из тех ликвидаторов, о которых заботились: следили за радиационными нормами, обеспечивали усиленное питание — им даже черную икру давали. Когда папа приезжал с вахт, я его не узнавала. Он брал меня на руки, а я вырывалась, кричала, что он чужой. Это длилось достаточно долго. Мне очень стыдно за это. Когда мне было лет десять, папа объяснил строение реактора, рассказал о техногенных катастрофах. Каждый год я ждала 26 апреля (день, в который в 1986 году произошла авария на Чернобыльской АЭС — Ред.), как Новый год: по УТ-1 в этот день показывали программы и фильмы о Чернобыле. Я смотрела, рыдала — и записывала что-то в блокнотик.

Каждая премия приятна по-своему. В 2013 году мы собрали коллектив, а спустя два года получили престижную украинскую музыкальную премию «Yuna» в номинации «Открытие года». Она для нас особенная, потому что первая, к тому же такая приятная, воодушевляющая номинация! Награда «Открытие 2015 года» от радиостанции «Kiss-FM» важна для меня лично. Я знаю, насколько консервативна эта радиостанция, и то, что премию получила именно «Onuka», означает, что стереотипы разрушаются. Стать музыкантом года — это очень большая честь и ответственность. И я боюсь мечтать о большем, потому что с детства верю, что если себе какой-то план придумываешь, то в жизни все обязательно случится совсем по-другому. Будущее для меня «закрыто». Единственное, чего хочется — не впадать в конъюнктуру и чтобы не исчезло вдохновение.

• Ната ЖИЖЧЕНКО: «Уникальность группы «Onuka» в том, что мы первые в электронной музыке, кто использует сопилку, бандуру и трембиту».

Чернобыль в творчестве «Onuka»:

В 2016 году группа «Onuka» выпустила мини-альбом «Vidlik» из пяти композиций на украинском и английском языке. Его тематика связана с Чернобыльской катастрофой и ее последствиями. Авторами музыки стали Ната Жижченко и ее муж Евгений Филатов. Тексты написала Ната Жижченко, а в композиции «Svitanok» использован фрагмент стихотворения киевского стрит-арт художника Ежи Конопье. В композиции «1986» были использованы записи переговоров диспетчеров пожарных частей в день аварии.

• В состав группы «Onuka» входят: Ната Жижченко (вокал), Дарина Серт (клавишные), Мария Сорокина (ударные), Евгений Йовенко (бандура).

СПРАВКА «ОЖ»

Александр Шлёнчик — дедушка Наты Жижченко — мастерил деревянные духовые и струнные музыкальных инструментов. Реставрировал практически все виды музыкальных инструментов. Самым ярким примером является реставрация торбана, который принадлежал Тарасу Шевченко. Торбан — это украинский народный струнный инструмент, родственен бандуре и лютне.

Источники: tv, apostrophe, soulplay, vogue, onukamusic

Автор: Алена Швец